Помогите сайту
Взрослая социальная сеть
Поиск секса поблизости, а также
тематические знакомства и виртуальное общение

ВХОД РЕГИСТРАЦИЯ
Знакомства для секса Живая лента Все о сексе Форум Блоги Группы Рассказы Лучшие порно сайтыЛучшие порно сайты http://irk.dating
ПОИСК СЕКСА
поблизости

Страницы: (1) 1
Мужчина waif-cat
Свободен
12-09-2014 - 14:41
Эй-точка-Ди-точка
Константин Хвостополосатов



- Костас, на следующей неделе от четверга и до упора ничего не планируй, - лаконично сообщило руководство, - планируется командировка в места не столько культурные, сколько отдаленные.
- Игорь, опять какой-нибудь баян с дудками на завалящей яхте? – спросил у телефонной трубки Константин, - или контейнер раньше времени приходит?
- Не, Костас, все значительно интереснее, - в голосе старого друга Игоря послышались нотки веселья, - похоже, моя долгая и уже порядком надоевшая переписка приносит свои плоды, и мы можем подхватить дилерство, а если повезет, то и представителями станем.
- Это по дайвингу на туристичке что ли? – уточнил Костя. – Так они до сих пор вопрос с арендой катеров не порешали. И вообще, там и своих инструкторов полно…
- Нет, Костя, нет. Тут все куда как интереснее! – жарко перебил Игорь. – Это по оборудованию. Есть шанс оторвать кусок с мясом! Торговать будем, не чем придется, а реальной линейкой от очень сурового производителя!
- Кто-то из наших что ли? – предположил Костя. – Так там только костюмы более-менее…
- Плюнь и разотри, - опять перебил Игорь, - поедем в Италию, все расскажу потом, мне пора.
Трубка подала сигнал отбоя разговора.

***

Костя работал в небольшой компашке, которая занималась сразу несколькими направлениями в борьбе за выживание, одним из которых являлась торговля оборудованием для дайвинга, а вместе с ним и обучением этому вдумчивому процессу. В большей степени бизнес держался на разносторонних связях директора компании Игоря, по основной специальности числившегося с самых школьных годков другом Кости. Костя же трудился в компании экспертом по технической части, плавно переходящим в отдел продаж и прочей работы с клиентами. Работа нашему герою нравилась, и хотя слишком большой прибыли в финансовом плане не приносила, на хлеб с маслом и временами заморскую икру вполне хватало. Самым главным для Кости была увлеченность темой, помноженная на работу с проверенными и надежными людьми, подбиравшими под стать себе и коллектив.
Выходные и три дня до застолбленного срока выдались не слишком простыми, так что Костя даже думать забыл про поездку, так и не поинтересовавшись, с каким оборудованием придется иметь дело. Собственно, беспокоиться нашему герою причин особо и не имелось, поездка ему казалась скорее каким-то микро-отпуском, а коммерцию и прочие серьезности он смело перевалил на плечи руководства. Что, куда, как, чем и по какому месту, можно было определить и на месте, благо со всеми более-менее приличными «железками» итальянского происхождения по своей теме Костя знался на «ты».
Женой к своим двадцати девяти Костя не обзавелся и, покидав привычный набор «парня на выданье» в любимый дорожный рюкзак, был таков. Привычно проверив при выходе из дома свет-воду-окна, а так же отдельно загранпаспорт с «шенгенкой» и на всякий случай сертификаты о дайверской профпригодности, Костя с легким сердцем и предвкушением отдыха покинул свою «крепость».
Местом встречи определили контору. Кроме Игоря в деловую поездку еще оказался вовлечен и третий компаньон фирмы. Петр Бубнов, по кличке Бубен являлся третьим другом могучей кучки, за глаза в школе прозванной «Три кита». В компании Петр заведовал всеми денежными отношениями с внешним миром и отделом, который называл не иначе как «бюстгалтерия». Кроме этого Петр имел небольшую долю в строительной фирме отца, где по совместительству тоже курировал бюстгалтерский и юридический отдел.
Как и ожидалось, в конторе имелся в наличии лишь педантичный Петя в компании трех дорогих чемоданов. По жизни Петр имел веселый нрав и отличался живостью, как умственной, так и физической, при всем том имел не слишком внушительный рост, начавшую покушаться на соломенного цвета чело лысину и волосатое пузо, которое даже животиком назвать было бы уже далеко неуместно. Из основных примет стоило назвать: костюм, дорогие туфли, очки и сигару. Причем сигары Петя курил исключительно редко, зато очень любил их крутить в руках и смачно нюхать, умилительно закатывая при этом глаза. В такие моменты Косте даже иногда казалось, что его школьный друг впадал в некое состояние, именуемое Игорем «оргазмическое счастье». Любимыми видами спорта Бубна Пети являлись баня, бабы и бильярд в убывающей последовательности. А вот пьянство Петр совершенно не признавал, считая его уделом лузеров.
Директор Игорь появился лишь через пятнадцать минут после прибытия заказанного такси, что было немедленно поставлено ему на вид Петром. При всей своей необязательности Игорь, как правило, являлся некоей душой компании, за что по многим пунктам получал индульгенции. По своему внутреннему мироустройству он находился где-то посередке между Костей и Петром. Среднего роста крепкая фигура бывшего борца, слегка подплывшая следами социальных отложений прожитых лет, вызывала некое чувство уверенности и надежности. На Игоре уместно сидели как деловой пиджак, так и спортивный костюм, хотя в одежде нерабочего времени он предпочитал всякого рода гавайские мотивы. В отличие от Петра Игорь на дух не переносил табачный дым, из-за чего немилосердно высмеивал петровские игры с сигарой, частенько припоминая не совсем приличный анекдот про Холмса с Ватсоном и зависимость к сигаре. А вот выпить директор любил, причем никогда не напивался в хлам, умудряясь выпить столько спиртного, что бывалая лошадь застеснялась бы. После возлияния круглая физиономия Игоря обычно становилась умиротворенной и улыбчивой, что очень сильно располагало к нему совозлиятелей. Несмотря на свою вечную безалаберность и явно портившие внешность поломанные борцовские уши, вниманием женским Игорь обделен не был, но и чрезмерным успехом не пользовался, предпочитая постоянному калейдоскопу юбок пару-тройку проверенных временем и постелью подружек. Даже во взглядах на женский пол постоянно приписанный к какой-нибудь более-менее постоянной проверенной подруге директор являл собой некую середину между женатым Петром и принципиально холостятствующим Костей.
Ну и собственно Костя. Этот представитель мужского вида являлся циничным, постоянно слегка язвительным, но не переходящим границы разумного типом, который вполне легко находил язык с любой компанией, уже через полчаса ощущавшей его давнишним товарищем. Особенными статями наш герой не блистал. Скорее худощавое, нежели накачанное тело досталось ему от природы. В прочем, над телом Костя особо не издевался и щепетильно содержал его в умеренно-тонусной физической и культурно-развлекательной форме. Пил, курил и предавался женскому обществу по профилю тесных контактов наш герой весьма умеренно, хотя и долгих серьезных отношений заводить откровенно чурался. Женщинам обычно являлся такой вот образ нашего героя: правильные, почти аристократические черты лица, длинные собранные в хвост волосы, умеренно небритая бородка, голубые пронзительные глаза и неотягощенная ни чревоугодническими, ни культуристическими излишествами фигура. А неброская, но явно недешевая одежда в стиле «армейский разгильдяй», не заплесневелый интеллект и причудливый внутренний мир позволяли без особых проблем регулярно подновлять парк постельных подружек. Возможно, причиной тому являлись и кое-где тесно переплетенные с работой увлечения нашего героя, наложившие свое влияние даже на святое место любого мужчины - автомобиль.
Автомобиль многое может рассказать о своем владельце-мужчине. Бюстгальтерный начальник Петя солидно и степенно управлял статусным для каждого реального «бузинесмэна» Лэндкукурузником, бестолково, но очень модно посаженным на низкопрофильные гоночные шины. Без каких либо компромиссов машина в таком случае могла иметь лишь черный цвет и тонированные стекла. Директор Игорь хаотично перемещался по городским кварталам и между оными на авто представительского класса не слишком надежного, зато модного производителя марки «Ауди». Машина имела максимальный «фарш» и цвет металлик-хамелеон, бескомпромиссно говорящий, что ее хозяин реально солидный перец с претензией на фешенебельность. Машина же Кости, как самого бедного родственника из семейства трех школьных китов, тяготела скорее к замазанному неоправданными тратами аскетизму. И его довольно пожилой белый лифтованный и укомплектованный для бездорожья пикап в пределах городской черты смотрелся совершенно неуместно. Что вызывало снисходительную усмешку у модных папенькиных сынков и нездоровый блеск в глазах у романтично настроенных девиц.

***

- Черт, Пит, прямого-то не было рейса? – бурчал Игорь, медленно втягиваясь в открытое нутро авиалайнера. – На кой нам эти тусняки во Франкфурте?
- Харэ нудить, директор, - заботливо похлопал Петр друга по плечу. – Ты что сказал? Правильно, вылетаем в четверг. Вот мы и вылетаем. А прямые ходят только по субботам! Так что хватит грузить наши нежные уши своим нытьем. Зато летим первым классом, как белые люди, и самолетик Люфтхансиков, а это – качество и надежность!
- Первым!? – Игорь с недоумением достал посадочный талон.
- Не суетись под клиентом, - успокоил его Петр. – Папан мой билеты проплатил, мы же типа и по строительному вопросу тоже едем. Тётка эта твоя, вроде проявила интерес к нашему проекту, если вопрос выгорит, папан бабла откосит хорошего. Как хоть ее зовут-то, твою итальянку коммерческую?
- Антонелла, - Игорь вернул посадочный талон в карман, - Антонелла Дистефано.
- Охренеть, - усмехнулся Петр. – Язык запутается, пока скажешь. Тётка-то хоть правильная? А то этих забуржуйных зачастую не поймешь, улыбаются, кивают, а потом тихо сливаются, как будто и не было.
- Не знаю, я с ней несколько раз по скайпу общался, выглядит вполне вменяемой, - Игорь почесал макушку. – Хотя, кто ее знает. Тётка она влиятельная, может и подмахнуть, а может и отшить. Только в последнем случае это будет окончательный провал.
- Может, ее заинтересовать? – Петр сделал умное лицо, предъявив стюардессе посадочный талон. – Деньги, они для всех приятно пахнут.
- Не тот случай, - ответил Игорь, миновав посадочный тамбур. – Она является соучредителем, да и бабла у нее должно быть больше, чем успеет потратить за оставшуюся жизнь.
- Облом, - Петр плюхнулся в кресло. – А ничо, удобные стульчики в первом классе, а Костас? Игорь, ты, мож, нам огласишь план мероприятия, а то я как-то должен спланироваться по своему, то есть папиковскому вопросу.
- Да тут все без особых заковырок, - Игорь поиграл положением спинки кресла. – Прилетим в пятницу утром. День на приведение морды лица в порядок. Вечером будет празднование годовщины компашки, производящей дайверские штучки. Нам там надо присутствовать. Антонелла там будет речь толкать от большого руководства, ну и потом пьянки-танцы-нумера, а мы тем временем с ней встретимся, я договорился. Тётка она занятая, и никак иначе.
- Хреновасто как-то, - почесал затылок Петр. – Смахивает на какой-то дешевый понт. Мы вообще не зря едем?
- Нет. Мне знающие люди сказали, что Антонелла часто так делает, - скривился директор. – Мы все с ней уже обсудили раза по три, теперь она хочет просто на нас поглядеть. А вообще, у нее закидоны еще те. Она же - совладелец компании, так что в будни ее в конторе не застать, зато в субботу и воскресенье она там бывает часто и деловые переговоры как раз по выходным ведет.
- А может того, напоить ее или трахнуть, - сделал хитрую морду Петр. – Я слышал, у итальяшек там все через те места делается. Раскатаешь ее, и все дела в порядке.
Смеялся Игорь, как в истерическом припадке, добрых минут пять. Успокоился только после того, как по внутренней связи передали пожелание выслушать инструктаж, и появилась молоденькая стюардесса в исключительно половозрелой юбке, дополненной чулками со стрелкой и довольно высокой шпилькой.
- Петь, - вытирая слезы, проскулил Игорь. – Дерзай. Антонелла, ходят такие слушки, и правда передком переговориться никогда не чуралась. Только вот есть один нюанс…
И Игорь опять впал в смех больше похожий на поскуливание обделавшегося щенка.
- Слышь, директор, поперек тебя, - Петр возмущенно ухватил Игоря за ухо. – Толком скажи, я тоже посмеюсь. Мы, между прочим, реально важные дела обсуждаем!
- Да не вопрос, - еле выдавил Игорь. – Ва-а-а-ажные…Петь, Антонелле на будущий год шестьдесят должно стукнуть. А мож в этом уже стукнуло. Правда, народ говорит, что она еще очень даже интересуется молодыми по ее меркам мужчинками. Пе-е-е-еть, давай, действуй…

***

Вечеринка по поводу юбилейной годовщины компании планировалась изрядно богато. Для этого концерн арендовал на двое суток круизный лайнер, совершивший во время праздника небольшой переход, с посещением трёх портов. По большому счету на борту посторонние лица должны были отсутствовать, как класс, исключение делалось лишь нескольким клиентам и небольшой компании представителей фан-клубов.
- И ты собираешься пойти на приличный прием в этом? – Петр удивленно осмотрел довольно непритязательный наряд Кости. – Этот прикидец будет уместен в среде бухающих студентов, мы же собираемся произвести впечатление! Костас!
- Петь, ну не лечи мозг, - взмолился Костя. – Ты же знаешь, я не ношу костюмов, у меня этого просто нет! Где я тебе возьму другую одежду?!
- Где-где, в Караганде! – пробурчал Петр, утаскивая Костю в номер Игоря. – Вот, Игорь Директорович, полюбуйся на своего работника! Он в ЭТОМ собрался встречаться с Антонеллой!
- Ну ничего так обноски, - высказался Игорь, осмотрев осужденного. – Пусть идет.
- Да ты… Да ты охренел!? – чуть не задохнулся возмущением Петр. – В ЭТОМ!
- Есть предложения? – уточнил Игорь.
- Пе-ре-о-деть! – прокричал Петр. – И выпороть суку!
- Согласен, - пожал Игорь плечами. – Займись.
Давно канули в Лету те времена, когда начинающимся вечером пятницы нельзя было купить что угодно в большом городе, имея на то нужное количество денег. Костя проклял тот день, когда согласился ехать в эту командировку, тем более что он так и не смог уловить в ней свою роль. Вряд ли госпожа Антонелла будет на встрече обсуждать технические тонкости выпускаемой концерном и конкретно ее компанией продукции. Но по большому счету пожелание будущего начальства, тем более такого, имело статус «обязательно».
Меняя рубашки, штаны и пиджаки, Костя уже перестал обращать внимание на тихое хихиканье продавщиц и управляющей магазина. То ли из щепетильности, то ли из вредности Петру все казалось не достаточно хорошо. В конце концов, Костя заявил Петру, что если очередной костюм ему не понравится, то он, Костя, будет настаивать, чтобы милый купил ему стринги от Армани и кружевные гольфики от какого-нибудь Гуччи. Продавщицы в очередной раз прыснули, а синьора-управляющая толерантно подняла бровь.
- Ну ты и козел, Костя! – буркнул Петр. – Они же по-русски говорят через одного, что ж ты, сучий потрох, меня перед бабами позоришь!
- Петенька, милый, - залебезил Костя. – Фу, как грубо «бабы»! Они же через одного по-русски понимают!
- Ну все, гаденыш, не будет тебе стрингов! Вернемся в номер – выпорю!

***

Костюм сидел хорошо, но ощущения вызывал чрезвычайно непривычные. Так, наверное, чувствует себя корова под седлом. Темно-синяя в тонкую светло-серую полоску ткань Косте без сомнения шла, отглаженная профессиональной горничной светлая шелковая рубашка приятно холодила тело, а новые туфли совершенно не жали. Носки нашему герою Петр тоже купил, хоть они и не имели на себе кружавчиков, а вот труселя явно зажал, так что Косте пришлось оставить на этот случай свои, с риском срыва очень важного приема.
- Нормально, - немного скривившись промямлил Петр. – Ну кто так завязывает галстук, деревня! Дай сюда, профессионал сделает.
Прием Костю немного напряг. И смутило его вовсе не то, что на торжественную часть все приглашенные нарядились исключительно солидно, неправильным Косте показалось то, что молодые ребята и девчонки оказались выряжены в одеяния, больше всего подходящие каким-нибудь кабинетным толстопузам.
- А ведь я тут не единственная белая ворона, - подумал наш герой, ощутив некое облегчение.
Официозная часть тянулась на удивление недолго, минут за двадцать успело выступить с пяток каких-то шибко важных ораторов. Увидел Костя и Антонеллу. Издалека важная персона выглядела очень даже неплохо. Темное платье облегало довольно хорошенькую фигуру, уверенно передвигавшуюся по сцене на приличной шпильке. Лицо Костя рассмотреть не смог из-за большого расстояния, но общий абрис ему показался весьма приятным. Вопреки традициям она не открыла, а закрыла торжественную часть, пожелав всем провести время продуктивно, чтобы потом не пришлось жалеть о бездарно упущенных возможностях. После этих слов большая часть молодежи подняла волну аплодисментов, что и стало неким вступительным аккордом для музыки. С полчаса поболтавшись по залу в ожидании окончания торжественных тостов, компания командированных уже собиралась озадачиться вопросом дальнейших действий, как к ним подошел официант. Безошибочно назвав имя и фамилию директора, солидный посеребренный сединой дядечка с бейджиком управляющего рестораном «Маджестик» предложил пройти с ним для встречи с госпожой Дистефано.
Шестиместный столик ожидал еще трёх персон. Вместе с преобразившейся после официальной части Антонеллой присутствовал довольно молодой слегка стесняющийся парень и весьма миловидная до неприличия молодая рыженькая девица, в отличие от парня, ощущавшая себя в своей родной стихии.
- Наверное, родственница, - подумал Костя и, улыбнувшись девушке, переключил внимание на госпожу Антонеллу.
- Рада Вас видеть, Господа, - госпожа Антонелла встала со стула и сделала приглашающий жест.
Важная дама при ближайшем рассмотрении оказалась еще интереснее, чем издалека. Лет с десять назад она бессомненно еще вовсю привлекала внимание мужчин и пользовалась неоспоримым успехом. Прошедшие годы оставили на тщательно ухоженном лице и руках госпожи Антонеллы свои отпечатки, лишь четко показав границы ее возраста, однако, не сильно разрушив ощущение миловидности. После церемонии, госпожа Антонелла сменила строгое облегающее платье на деловой костюм. Но деловым он мог бы называться, лишь в отсутствие откровенных разрезов на юбке, доходящих едва ли не до по-прежнему упругих ягодиц владелицы. Собственно, эту изюминку мы смогли лицезреть лишь в моменты, когда госпожа Антонелла вставала и обратно опускалась на свой стул. В остальном ее одеяние более не имело эпатажных изюминок. Пока шло представление сторон и начало беседы, Костя продолжал рассматривать госпожу Антонеллу, чем вызвал едва заметный вздох неудовольствия ее молодой родственницы.
Костя не являлся специалистом в косметологии, но явно видел перед собой ее шедевр. И ему, пожалуй, было не важно, что там стояло за фасадом этого по-прежнему красивого лица: ботокс, пластическая хирургия, примочки-припарки или все это вместе взятое. Больше всего возраст дамы выдавали глаза. Не смотря на постоянно проскакивающие в них настоящие молодые искорки, они казались какими-то тусклыми. Безупречно выкрашенные и уложенные в прическу волосы умело прикрывали часть шеи, но даже на открытом участке кожа не выглядела «уставшей». А руки выдавали свой возраст, пожалуй, лишь россыпью пигментных пятнышек, которые при нежелании «увидеть» можно было принять за родинки. В целом, так могла выглядеть кожа какой-нибудь сорокалетней дамы. Блузка и пиджак сидели безупречно, что и не удивляло, а вот отсутствие драгоценностей обманывало ожидание. Да и все поведение важной дамы оказалось начисто лишено снобизма и высокомерности. Косят с удивлением понял, что это тот из немногих случаев, когда он не чувствует напряжения при беседе с ОЧЕНЬ важной персоной.
Парнишка при госпоже Антонелле имел имя Томассо и оказался технарем на подобии Кости, а девчушка по имени Алессиа – специалистом по перспективным проектам, что немного удивило нашего героя. Позднее ему показалось, что симпатичная рыжуха присутствовала на встрече, скорее в роли «отвлекающего фактора», потому что она постоянно легонько эпатировала мужскую часть участников застольной встречи. В прочем, ничего выходящего за рамки «делового» приличия девица не выдавала, лишь постоянно, как будто в четко определенные «нужные» моменты, отвлекая внимание противоположной стороны. Посмотреть в ней было на что, хотя по личному мнению Кости она практически по всем параметрам уступила бы госпоже Антонелле в ее «звездные» годы. «Официальная» часть разговора надолго не затянулась. Уточнив некоторые моменты, довольно многие из которых оказались именно технического плана, разговор перешел в финансовую плоскость и, уткнувшись в ряд пунктов, переключился на общее положение дел в России. К немалому удивлению, заметив некие «ёрзанья» своих подчиненных, госпожа Антонелла отпустила их развлекаться.
- Господа, в общем плане я довольна результатами нашей встречи, - улыбнулась дама. – Я уверена, что Вы навели справки обо мне с моими привычками и знаете, что эта встреча носит скорее роль знакомства, нежели представления бизнеса. Вы - приятные в общении люди, особенно этот молодой человек Константин.
Костя неплохо говорил по-английски, но ему показалось, что тут он упустил что-то важное. Тот факт, что госпожа Антонелла почему-то выделила его среди всей делегации, сильно вывел из равновесия нашего героя. Увидев его непонимание, госпожа Антонелла звонко, практически по-девичьи рассмеялась.
- Молодой человек, Вы все время нашей беседы так тщательно поедали меня глазами, что будь я лет на двадцать моложе, несомненно, ощутила бы немалый трепет внизу живота, - пояснила дама, с открытой улыбкой на лице. – Кроме того, вы так милы, неискушенны и непосредственны в своих эмоциях, что я, право, начинаю сильно сожалеть о своем возрасте.
В этот момент сумочка госпожи Антонеллы издала потуги на музыку, и важная дама, немало удивившись, извинилась и достала телефон.
- Прошу меня еще раз извинить, - лицо дамы отобразило настоящее смущение. – Это совсем личный телефон и на него без необходимости не звонят.
На удивление легко вспорхнув со стула, господа Антонелла сделала лишь шаг в сторону и, повернувшись к гостям полуоборотом, заговорила с кем-то по-итальянски.
Костя тут же получил несильный пинок по ноге под столом.
- Кот, ты должен трахнуть ее, - проговорил в полголоса Петр по-русски, покосившись на госпожу Антонеллу. – Ты же помнишь, что у них все на сексе завинчено. Она на тебя явно промокла.
- Пит, тебе же уже говорили, что ты – придурок, - отмахнулся Костя. – Антонелла - просто исключительно приятная дама, но она явно не помышляет о таком продолжении.
- Кот, ты – дурак, - опять проговорил Петр. – У них тут все непрочь присунуть молодухе или запыжеваться таким живчиком, как ты. Я согласен, что дама очаровательная для своего положения и лет, тем более она должна быть в теме. А нам ее отношение очень важно!
Нарождавшийся спор прервал подавший чай официант. Тем временем госпожа Антонелла вернулась к столу с извиняющейся улыбкой на лице. Попросив извинения, дама заняла свое место.
- Игорь, ты тоже так думаешь? – спросил Костя, пока дама прятала телефон в сумку.
Косте показалось, что госпожа Антонелла легонько фыркнула, увидев ответный кивок Игоря. Костя вопреки своим желаниям понял, что краснеет, на что важная дама едва заметно приподняла бровь и тут же перевела тему на чаепитие, за которым предложила вкратце обрисовать предложение отца Петра.
Минут пятнадцать начальник бюстгалтеров краснел и потел от волнения, излагая изредка кивавшей госпоже Антонелле предложение отца. Важная дама с интересом слушала, лишь изредка уточняя некоторые моменты. Допив свою чашку чая, она мило улыбнулась Петру и сказала:
- Этот проект не лишен смысла, господин Питер. Я беру по нему тайм-аут на сутки и прошу выслать на мою почту цифры. Обещать ничего не смогу, но в воскресенье жду Вас в моем офисе к пяти пополудни, я дам предварительный ответ и, возможно, задам некоторые вопросы. Вас, господин Игорь, я жду тоже в воскресенье, созвонитесь с моим секретарем завтра и скажите, что наша встреча будет в семь вечера. А теперь, господа, я искренне благодарю Вас за приятный во всех отношениях вечер.
Госпожа Антонелла, мило улыбнувшись, отодвинула стул и грациозно встала, а Костя в этот момент получил сильный удар по ноге. Вслед за важной дамой делегация тоже покинула стол. Сняв с небольшого журнального столика сумочку, госпожа Антонелла мило улыбнулась всем и неожиданно подала руку для пожатия. Петра моментально заклинило. Он точно знал, что эта экстравагантная дама никогда не придерживалась проамериканских стандартов, и руки никому не пожимала. Такая ее выходка и поставила Петра в тупик, так что пожатие оказалось робким, что вызвало у важной дамы усмешку. Игорь же значения этому не придал, вежливо и бережно пожав руку. А Костя совершенно автоматически поцеловал тыл ладони. Важная дама широко улыбнулась куртуазному кавалеру, пожелала всем удачной ночи, и, развернувшись, направилась к выходу. Костя тут де получил увесистый тумак от кого-то из начальства и, плюнув на условности, кинулся догонять важную и чрезвычайно нужную для дела госпожу Антонеллу.

***

Важная дама явно не спешила, и Костя настиг ее прямо за дверью ресторана.
- А… Мадам, - язык Кости как будто прилип к нёбу и, собрав всю решительность, он выпалил. – Мадам Антонелла, позвольте я Вас провожу.
Антонелла остановилась и сделала полуоборот всем корпусом.
- Мадам… Тогда уже «синьора», - поправила она, легонько улыбнувшись. – Вы - очень галантный молодой человек, Константин. Неужели не найдете лучшего варианта для проведения этого вечера?
- Не хотелось бы потом жалеть о бездарно упущенных возможностях, - сказал Костя первое, что пришло на ум.
Слова явно развеселили синьору Антонеллу и она, подарив кавалеру улыбку, сделал жест, как будто берет кого-то под ручку. Шли молча, лишь каблуки важной дамы глухо отстукивали такты неловкого ожидания в ушах Кости. Вблизи от госпожи Антонеллы легко пахло незнакомыми духами и пудренной отдушкой какой-то косметики. У молодого человека совершенно не создавалось впечатления, что он идет под ручку с дамой, годящейся ему, пожалуй, и в бабушки. Каюта госпожи Антонеллы оказалась на капитанской палубе, и за все время прогулки к ней Константин так и не смог себя заставить сказать хоть слово. Госпожа Антонелла тоже хранила полное молчание, лишь изредка несильными пожатиями показывая нужную дорогу.
- Черт, как я вообще себе это представляю? – думал Костя. – Не испортить бы все этими мыслями. А вдруг у меня не встанет на нее? Она вряд ли обрадуется такому делу. Нафига тогда весь этот огород, если от него все может обернуться в разы хуже?
Украдкой поглядывая на лицо госпожи Антонеллы, Костя так и не смог понять, что она думает или чувствует. Замечая такие взгляды, дама улыбалась, в иное время лицо хранило мягкое выражение, приправленное едва намеченной полуулыбкой. На верхней палубе шумы праздника совершенно не слышались, а прочие звуки в легком фоновом гуле вибрации идущего судна раздавались до неприличия отчетливо. Вот раздались последние два глухих стука каблуков, вот клацнул замок сумочки. Костя хаотически искал нужные слова. Скрипнула вставленная в щель крата-ключ. Клацнул электрический замок. Едва слышный скрип дверных петель все же вывел Костю из ступора, и он слегка испуганно посмотрел в лицо госпожи Антонеллы.
- Господин Костя, хотите посмотреть самую дорогую каюту этого лайнера? – спросила важная дама в дверях. – Вы меня сегодня заставили вспомнить молодость. Давайте, я угощу Вас коктейлем.
Костя неуверенно кивнул.
- Да ладно уже, заходи, синьор Костя, - снова совершенно несвойственный возрасту веселый смех раскатился по коридору, - я тебя не съем. Раз уж решил убить вечер впустую, так хоть угощу тебя чем-нибудь. Я, право слово, не любительница рано укладываться ко сну, но и молодежные веселья мне уже слегка чужды.
Переступив порог каюты, Костя разулся и с любопытством заглянул в зал. И его сразу отпустило, как будто шаг за порог оставил что-то снаружи, пропустив внутрь лишь самое необходимое в данный момент. Госпожа Антонелла разуваться не стала и с интересом продолжала смотреть на гостя, передвигаясь на каблуках по каюте столь непринужденно, как будто на ногах у нее находились домашние тапочки.
- Присаживайся, гость, мы с тобой сейчас будем пить коктейли моего производства, - дама снова улыбнулась. – Ты не против коктейлей? Может, есть предпочтения?
- Нет, - осмелел Костя. – Хотя, предпочитаю чистый вкус и крепкие напитки.
- О! Настоящий мужчина в моей обители, - фыркнула важная дама. – Кстати, милые носочки, забавно смотрятся с костюмом.
Костя поглядел на носки и, пошевелив пальцами, согласился, что костюм без туфель как-то не смотрится. Наверное, в солидном обществе при таких оказиях разуваться не принято. Госпожа Антонелла постукивала какими-то принадлежностями в кухне и с ухмылкой поглядывала на Костика в проем двери.
- А чего я, собственно, заморачиваюсь! – подумал Костя. – Ну что получится, то и получится! Эти карманные стратеги сами пошли бухать и к бабам приставать, а меня даже не спросили. Вот ну его все в пень, будут получать удовольствие, а там что выйдет, тем и удовлетворятся. Я тут никому ничего не гарантировал и вообще в такой ситуации себя никогда даже представить не мог.
Додумав важную мысль, Костя уверенно встал с дивана и сноровисто скинул порядком опостылевший ему пиджак, затем стянул и удавку, именуемую галстуком. Осмотрев себя в ростовом зеркале, он последним штрихом закатил штанины брюк до середины голени и сделал вывод, что именно так будет нормально. От кухни раздался сдавленный смешок.
- Исключительно модный и демократичный стиль, - прокомментировала госпожа Антонелла. – Нужно будет модельерам продать идею.
- А пофигу, - с облегчением сказал Костя по-русски, продолжив на английском. – Вы же сразу поняли, что эти костюмы-галстуки для меня, как седло для быка-произвдителя. Поди, весь вечер посмеивались над хлопцем из народа.
- Нет, ты был наивно мил и даже симпатичен, - раздался голос важной дамы из кухни. – Если хочешь перекусить, я что-нибудь закажу. Нет, я просто закажу чего-нибудь!
Фрукты, пяток сырных нарезок и холодное мясное ассорти прибыло, как по мановению волшебной палочки. Явившийся официант, увидев в руках важной дамы бокалы, тут же предложил свои услуги, на что был вежливо отправлен с чаевыми восвояси. Ситуация Костю немало повеселила, и он, осмелев, сел на диване по-турецки, подогнув ноги. Госпожа Антонелла хмыкнула и протянула ему один из запотевших бокалов.
- Не помню, как называется, но мне это нравится, - прокомментировала она. – Можешь не пить, но попробовать обязан! Если не понравится – бар в полном твоем распоряжении.
Коктейль на удивление Кости оказался излишне кислым, но вполне годным к употреблению. Госпожа Антонелла все время дегустации неспешно перемещалась по залу каюты, то прислоняясь к столу, то к спинке кресла, то к стене. Создавалось впечатление, что она либо нервничает, либо кого-то ждет.
- Почему Вы не присядете? – спросил Костя.
- У меня не получится сесть так же, - подмигнула она, - а сидеть иначе при госте мне кажется неуместным, иначе у гостя может сложиться впечатление, что он делает что-то не так.
- Ладно, упрощаю задачу, - усмехнулся Костя и пересел на пол, облокотившись на диванное сиденье спиной и локтями. – Так у Вас тоже должно получиться.
- Повторить? – важная дама снисходительно усмехнулась, кивнув на пустой бокал.
- Нет, слишком непривычно, - снивелировал критику Костя, - я бы предпочел коньяк или виски.
Размеренно постукивая каблучками, госпожа Антонелла прогулялась на кухню и, вернувшись, присела на диван рядом с Константином. Оказалось весьма удобно, потому что на противоположной стене зачем-то пристроилось не очень широкое ростовое зеркало, и Костя прекрасно видел собеседницу, не поворачивая головы.
- Ваш виски синьор, - протянула она пузатый бокал. – Я в нем не очень разбираюсь, что-то двенадцати лет выдержки. Настоящий мужской напиток.
Несколько минут двое мало знакомых людей говорили ни о чем, как будто нащупывая почву, но так и не решаясь сделать первый шаг. Алкоголь постепенно стирал границы, и Костя, не глядя на свою ночную попутчицу на дороге времени, уже и думать забыл, сколько ей может быть лет. Голос, запах, и темы разговоров обманывали нашего героя, отбрасывая время присутствующей дамы на годы назад. Отпив очередной глоток хорошего виски, Костя скосил глаза на расположившиеся в каком-то полуметре от него ноги. Тонкий чулок скрывал кожу лишь отчасти, но делал это должным образом. И кожа совершенно не походила на представления нашего героя о пожилой даме. А изящная черная туфелька на умеренном каблучке-рюмочке смотрелась откровенно вызывающе для разогретого алкоголем разума. Поза «нога-на-ногу» четко обрисовывала коленку, вокруг которой лишь при внимательном рассмотрении обнаружились небольшие складочки «уставшей» кожи. Без всяких угрызений совести ноги этой важной дамы тянули на понятие «ножки». Отхлебнув еще глоточек, Костя одним слитным движением перетёк вплотную к ножкам и, покрутив головой, потерся щекой об одну из них. Ощущения оказались приятными. Костя вообще любил нейлон чулок на ощупь, он пробуждал в нашем герое какие-то потаенные фантазии, как будто предлагая сделать шаг в сообщество фетишистов.
Костя поставил стакан на пол и, осторожно просунув сначала кисть, а затем и всю руку между диваном и сооружением «ножка-на-ножке», аккуратно коснулся обтягивающего ножку нейлона. Никакой особой реакции не последовало, разве что ножка, лежащая сверху, перестала покачиваться, как бы говоря нашему герою, что его заметили и предоставили право следующего хода. Костя ждать себя не заставил, тут же двинув ладонь вдоль ножки по направлению к туфельке. Кожа под нейлоном оказалась все же чуть более податливой, нежели привычная для молодого мужчины упругость сверстниц, хотя, далеко не все из попадавших в Костины заботливые руки дам могли похвастаться такой фигурой. Добравшись до туфельки, рука перескочила на внутреннюю сторону ножки и медленно двинулась вверх. Одновременно Костя повернул лицо к ножкам и, потёршись носом, почувствовал знакомый запах нейлона, смешанный с каким-то едва уловимым оттенком то ли духов, то ли крема. Вопреки Костиным опасениям пахло от ножек приятно и даже вполне возбуждающе.
Тем временем рука добралась до развилки, где одна ножка возлежала на другой, и уперлась в эту нейлоновую «дорожную развязку». Немного покрутившись и не дождавшись реакции со стороны владелицы нейлоновой трассы, кисть изменила полосу движения и на сей раз двинулась по второй ножке в сторону туфельки, попирающей пол каюты. Описав круг почета вокруг туфельки, пальцы нашего героя перебрались на внутреннюю сторону ножки и снова двинулись к «дорожной развязке». Путь дальше по-прежнему оказался плотно прикрыт. Но имевшая некоторый опыт общения с владелицами подобного рода хайвэев ладонь не отступила, начав неспешный, но методичный подкоп. Лаская ямочки под коленками важной дамы, Костя раздумывал на тему столь необычной реакции. По его личному опыту дамы из разряда «за тридцать» практически всегда знали для чего им мужчина за «чашкой чая» и, обычно переступив порог, приглашенный мог без всяких «почти» быть уверенным в продолжении банкета через одну или несколько поз камасутры. Госпожа же, попавшаяся нашему герою, вела себя крайне нелогично, что с одной стороны наталкивало на мысли о не совсем верной стратегии поведения, а с другой нешуточно подогревало интерес.
Как ни крути, после определенной «жирной» черты любой мужик на подобии того попугая из анекдота готов был отдать все перья, лишь бы увидеть, что же там находится у дамы под юбкой и выше. И после той самой «определенной» черты на некоторое время не играли роли ни возраст, ни социальное положение исследуемого объекта. Далеко каждое такого рода исследование у Кости заканчивалось половой гимнастикой, но хотя бы поглядеть и потрогать вожделенный женский пол молодой человек считал себя обязанным.
Постепенно не совсем праведные труды умелых пальчиков стали приносить свои плоды, и блокировка «нейлоновой развязки» начала слабеть. Наконец, верхняя ножка дрогнула и, немного поелозив по нижней, аккуратно спустилась вниз и заняла «положение целомудренности», плотно прижавшись к своей сестре. Костина рука при этой оказалась весьма интимно, можно сказать, нежно зажата между ножек госпожи Антонеллы. Наш герой какое-то время решил не предпринимать излишне активных действий, ограничившись лишь работой шаловливых пальчиков в районе коленок. Может, он нашел правильный подход, а может, так и было задумано, «нейлоновый захват» стал терять плотность и в какое-то время дал совершенно неприемлемую для целомудрия слабину. Костя понял, что кроме как приглашением к продолжению такое «упущение» назвать просто невозможно.
Позволив своей кисти наглость, наш герой продолжил восхождение на нейлоновый пик, но очень скоро столкнулся с некоторой сложностью. Путь в подогретые игрой недра важной дамы вроде и был открыт, но продвинуться дальше середины бедра мешала одна из ножек, фактически блокировавшая руку нашего героя в районе локтя. Испробовав все варианты продвижения, наш герой решил каким-нибудь образом намекнуть на случившиеся затруднения. Повернув лицо к блокирующей процесс ножке, он уткнулся носом под коленку и на подобии ищущей что-то в траве собаки несколько раз «подкопал» препятствие. Результат появился уже на второй серии «подкопов», «неудобная» ножка аккуратно приподнялась и через секунду очутилась с другой стороны, опустившись в районе Костиной ключицы. Тепло внутренней стороны бедра даже через нейлон чулка довольно сильно согрело ухо.
В такой позе было нечто ужасно эротическое, и наш герой решил действовать не спеша. Освобожденная рука в три приема достигла вершины «нейлоновой трассы» и уперлась во вход тоннеля, вызвав рефлекторную волну едва ощутимого содрогания практически всего тела его владелицы. Под нейлоновым «покрытием» трассы намеками угадывалось какое-то кружевное белье, не слишком-то стеснявшее продвижение любопытного пальца Константина. И под несильным нажимом большой палец ладони вместе с бельем и нейлоном скользнул в довольно горячую ложбинку. Важная дама при этой не издала ни звука, и лишь ноги слегка выдали отсутствие безразличия к содеянному, легонько сжав коленями Костину голову.
Поспешившая на подмогу вторая рука нашего героя, намеревавшаяся устранить бельевую преграду, слегка сбилась с пути, оказалась перехвачена где-то на поясе и нежно, но довольно сильно прижата в районе переход бедра в попку. «На «нет» и суда нет», - подумал наш герой и принялся с легким нажимом ласкать под бельем все более прогибавшуюся ложбинку. Охваченный нейлоном мягко напирающий на плоть большой палец уже на одну фалангу погрузился в главный женский вход. Постепенно манипуляции стали отражаться на важной даме, и Косте было приятно ощущать то прижимающие его голову в такт «нажимам» ножки, то случайно проскакивающее сокращение попки, да и к теплу лона, находящемуся на грани жара, вскоре добавилась просочившаяся через не слишком плотную ткань «барьера» влага. И практически сразу размокшая ткань потеряла свою былую упругость, легко позволив пальцу занять еще более «рабочее» положение поверх начавшего набухать бугорка. Однако и после этого госпожа Антонелла вела себя излишне сдержанно, что вводило Костю в легкое недоумение. Но все же вода точит камень, и палец однажды становится желанным гостем совершенно неожиданных мест. Синьора все чаще начала вздрагивать всем телом, немного забавно ерзая при этом попкой по дивану, а в месте рабочего приложения пальца изредка проскакивали хлюпающие звуки. В пользу авторского выступления говорила и рука госпожи Антонеллы периодически комкающая сброшенный рядом костюмный пиджачок. К своему удивлению Костя заметил, что и сам увлекся, вопреки опасению его второе «я» дрогнуло раз-другой и начало просыпаться ото сна.
Не успел наш герой вжиться в ситуацию со своим положением, как госпожа Антонелла довольно сильно сжала его голову коленками, а ее рука, терзавшая пиджачок, сильно ухватила модельную стрижку на голове Кости. Синьора что-то быстро и неразборчиво залопотала на незнакомом Косте языке, перемежая пулеметную очередь невнятной речи неожиданными вздохами, а зафиксированная сжатыми ножками рука нашего героя почувствовала сначала невнятную, но довольно быстро нарастающую пульсацию внутреннего пространства главного женского входа, где по-прежнему находился его большой палец. Тело госпожи Антонеллы, как колебательный контур, вошло в некий резонанс, то впадая в цепь мелких конвульсий, то на несколько секунд расслабляясь до состояния полной неприкаянности. Причем все это происходило совершенно самостоятельно, без какого-либо участия пальцев нашего героя. В активной фазе, тело дамы мелко подрагивало, то неожиданно выгибаясь, то сжимаясь, подобно пружине, фаза же недолгого расслабления наполнялась сдавленной и очень быстрой итальянской речью, из которой нашему герою удалось вычленить лишь несколько четко уловимых слов типа «фаволозо», «мио каро», да «мио тезоро». Звуки происходящего порождали более чем эротические фантазии, а дополнительно отражающееся в зеркале действо отзывалось в голове молодого человека древнейшим набатом. Что и говорить, процесс Костю немало впечатлил, наш герой и думать забыл, о чем сомневался каких-то десять-пятнадцать минут назад, ощущая лишь стук крови в голове и чрезвычайно неуютную спертость пониже живота.
Вдруг что-то произошло, и секунд на десять тело госпожи Антонеллы замерло в напряжении, Косте даже показалось, что она и дышать перестала. А затем с жалобным стоном женщина попыталась сжаться в комок. Ее колени больно стукнули затылок Кости, выталкивая его голову из своего пространства, а рука, отпустив шевелюру, снова скомкала многострадальный пиджачок.
- Дьявёло…куанто долорозо, - срывающимся голосом прошептала госпожа Антонелла, - О мьё дио …вэкьё пимпед…
Ничего не поняв, и подивившись на тему, каких только не бывает отходняков у женщин после оргазма, Костя высвободил руку из-под поджатых ножек важной дамы и повернулся к ней, привставая с колен. Собственно он не собирался так уж прямо набрасываться на госпожу Антонеллу и, грубо посрвыав оставшееся одеяние, заставлять вспомнить наверняка бурную молодость. Хотя... Мысли его двигались именно в том направлении.
Но совершенно неожиданно синьора, выставив перед собой ухоженные руки с потрясающим маникюром, несколько раз повторила жест, не способный означать что-либо иное, нежели отрицание. При этом на лице женщины отразилась почему-то гримаса боли.
- Нет-нет, мальчик мой, все нормально, - спустя несколько секунд прошептала госпожа Антонелла застывшему в недоумении Константину по-английски. – Все было потрясающе. Просто… Просто это, наверное, все, на что я сейчас способна. Ты – просто сокровище, да вот я уже - самая настоящая старая развалюха.
Немного дезориентированный услышанным, Константин замялся и начал искать глазами, куда бы присесть. Увидев его метания, госпожа Антонелла мягко погладила сиденье дивана возле своих ножек.
- Сядь так же, как и раньше, - попросила она. – Это так… уютно. Прости меня, мой мальчик, но мне надо совсем чуток времени, чтобы прийти в себя и справиться с этим.
- Вам больно? – неуверенно спросил Костя.
- Да, мой дорогой, - печально вздохнула в тот момент уже не столько важная, сколько опечаленная дама. – Но все это скоро само пройдет, надо лишь немного перетерпеть.
Так и просидели они добрых полчаса. Задумчивая синьора ласково перебирала волосы Константина, пристроившего свою голову между обнимающих ее коленок. И наш герой, совершенно отдалившись от каких-либо сексуальностей, гладил рукой по-прежнему затянутую в нейлон ухоженную ножку госпожи Антонеллы. Костя совершенно не заметил момент, когда снял с ножки туфлю и привычно начал разминать перенапряженные мышцы миниатюрной ступни, а вернулся в реальность, лишь почувствовав, что его партнерша на вечер стала приходить в себя.
- Очень приятно и весьма эротично, - вторая ручка синьорины легонько потрепала Костю за ухо. – А Вы - шалунишка, молодой человек. И я, явно разочаровала Ваши совершенно незапланированные ожидания.
Костя промолчал и, лишь сменив одну ножку синьоры на другую, продолжил массаж. Госпожа Антонелла, как ни удивительно, очень точно сформулировала его состояние. Поначалу он совершенно не горел желанием заняться с ней чем-либо интимнее пары-другой стопок вискаря, но после фееричного оргазма гормоны нашего героя изрядно потрепали ему крышу, а причинное место, на самом полном серьезе изготовившееся к трудовому подвигу, потягивало изрядно неприятными ощущениями.
- Констанзо, у меня есть к тебе предложение, - привлекла госпожа Антонелла внимание нашего героя, вдобавок несильно дернув ручкой волосы. – Оно немного… немного… пожалуй, неприличное. Но мне кажется, что это в данной ситуации будет уместно для тебя и чрезвычайно впечатлительно для меня.
Костя не стал спрашивать, о чем предложение, а лишь потерся головой о коленки синьорины в знак своего внимания. Немного подумав, госпожа Антонелла потянулась и, извернувшись, подхватила недопитый Костей бокал с виски. С минуту покатав остатки напитка, дама сделала осторожный глоток и передала сосуд Косте. Костя, улыбнувшись, одним махом допил остатки, как бы поставив точку в раздумьях.

***

- Констанзо… - синьора слегка смущалась. – Я видела твое состояние, но, к сожалению, мы имеем, что имеем. Когда-то я была молода и успела изучить мужчин в достаточной мере. Мне бы не хотелось, чтобы вечер закончился столь скомкано для тебя.
- Ерунда, - искренне улыбнулся Костя, не являвшийся поклонником минетов. – Этот раз не будет первым в моей жизни.
- Дело тут не только в этом, - смущение покинуло лицо госпожи Антонеллы, сменившись хорошо заметной хитринкой, и важная дама продолжила на ломаном, но вполне понятном русском языке, - Я просто ужжжасно говорить на русски, но практический всё понимай... Даже когда на мне говорить... Как... Рапидаменте...
Костя спал с лица, срочно припоминая, что они с компанией могли случайно ляпнуть по-русски при важной даме во время переговоров и между деловыми сторонами.
- У тебя не быть причина... Как это... Испугать... Нет... Беспокоить себя, - звонкий молодой смех снова поразил Костю, а важная дама продолжила уже по-английски. - Кроме того, твои товарищи не так уж и ошибаются в отношении итальянских боссов. Не все, конечно, ставят секс в первый ряд приоритетов, но отказаться от некоего приятного секс-подарочка после переговоров откажется далеко не каждый.
Костя смущенно пожал плечами и развел руки в стороны. Крыть было нечем, их с друзьями посчитали и переписали, как цыплят в инкубаторе. А он, Костя, в данный момент времени выглядел записной проституткой, поданной важному клиенту к пиву на посиделках. Предательский румянец все ярче разгорался на его ушах, а затем и щеках.
- Не тушуйся, Констанзо, - госпожа Антонелла снова звонко рассмеялась. – Я тоже была юной, амбициозной и жутко жадной до карьеры, пришлось несколько раз побывать и «подарочком». Но я хотела поговорить немного о другом.
Костя выразил на лице практически собачью преданность. Синьора не выдержала и, снова рассмеявшись, потрепала нашего героя по голове.
- Констанзо, мне не очень ловко тебе предлагать, - снова продолжила она почти серьезным голосом. – Я не могу принять в ЭТОМ непосредственного участия. К сожалению, теперь не могу. Но! Я бы с удовольствием поучаствовала в процессе зрителем…
Госпожа Антонелла умолкла, внимательно изучая через зеркало реакцию Кости на сказанное. Костя же, совершенно ничего не поняв, уставился на нее в ответном вопросе.
- У меня есть молодая, амбициозная и очень жадная до карьерного роста секретарша, - медленно, как будто наставляя Костю по какому-то уроку, произнесла важная дама, - и я сейчас ей позвоню...

***

В дверь каюты постучали, и госпожа Антонелла указала Костику на прихожку, добавив: «Миа каро, встречай гостью». Немного переживая за кондиции той, что окажется за дверью, наш герой направился в небольшую прихожую каюты.
Константин оставался не слишком высокого мнения об итальянских девицах. На его взгляд они были малость однобоки. При наличии неплохой упаковки в виде красивой одежды, обуви и побрякушек ухоженность местных модниц зачастую носила лишь внешний характер, да и на взгляд нашего героя большинство из них казались ему откровенно страшненькими на личики. Сколько раз он корил себя за то, что увлекшись аппетитной фигуркой впереди идущей незнакомки, мельком глянул и на личико: «Шел бы себе и мечтал дальше, а так весь задор коту под хвост».
- Жаль, что рыжуха не работает у Антонеллы секретаршей, - подумал молодой человек, открывая дверь, - эта штучка при продуманной обертке явно оказалась бы вкусной конфеткой и изнутри, один маникюр чего стоил.
Открыв до конца дверь, Костя от неожиданности даже сделал небольшой шажок назад, впрочем, смотревшийся вполне уместным и не выдавший удивления молодого человека.
- Константино, - на лице пьяненькой рыжухи образовалась довольно ехидная ухмылка. – Делицья.
- Алиссия, - Константин взял себя в руки, мало ли по какому вопросу могла зайти к важной даме молодая родственница. – Ты, наверное, пришла к госпоже Антонелле?
- Отчасти, - рыжуха игриво отставила ножку в сторону и, склонив головку на бок, окинула Костю откровенно оценивающим взглядом.
Алессия изрядно преобразилась с момента переговоров. В дополнение к рыжему колеру прихваченной заколкой гривы девушка имела на вооружении ярко красное, скорее всего, шелковое платье, заботливо облегающее фигуру до линии, которую наш герой назвал бы «чуть ниже пояса, но еще не там». Дальше шелковые объятия симпатичной вещицы теряли свой задор, и та часть, которую наш герой без обиняков назвал бы «юбка», спадала с третьей по ширине отметки женского тела свободным водопадом алых волн и складок, образуя некую квази-жидкую завесу, из которой то и дело появлялось то обнятое тонкой материей бедро, но аппетитный абрис точеной коленки. Верх бальной конструкции имел невысокий стоячий воротничок, выполненный то ли из какой-то хитрой ткани, то ли из накрахмаленного красного кружева, плавной несимметричной волной перетекающего на передний вырез и загадочно укрывая верхнюю часть груди. Понизу подола шла оригинальная окантовка черного цвета, представлявшая собой нашитые по всей окружности платья тонкие лоскутки, чем-то напоминающие бахрому, но не соединенные друг с другом. При движении сочетание цвета лоскутков и самого платья создавали впечатление неких языков алого огня, охватывающих выглядывающие из них ножки, обутые в не слишком вычурные красные босоножки на умеренном каблуке. Рукава у платья отсутствовали, а руки прикрывали две сетчатые перчатки, одна из которых имела черный цвет и доходила до локтя, оканчиваясь довольно широкой кружевной окантовкой, вторая же могла похвастаться красным колером и закрывала руку чуть выше кисти. Комплектацию живой «феррари» заканчивала красно-черная сумочка, больше всего похожая на разъевшийся кошелек и тоненькая полоска часов, являвшаяся единственной поделкой из драгметалла в черно-красной «скульптурной композиции».
Спустя десяток секунд скептического изучения, девушка хмыкнула и произнесла на совершенно правильном русском языке с ужасным итальянским акцентом: «Что-то мне подсказывает, что по большей части я тут из-за тебя…» Костя пропустил рыжуху вперед и, закрыв дверь, вернулся в зал каюты, успев разглядеть едва заметный кивок сидевшей с совершенно серьезным видом госпожи Антонеллы. Он не видел выражения лица стоящей к нему спиной Алисии, но услышал едва различимое фырканье. В следующий момент совершенно неожиданно девушка уверенно и целеустремленно подошла к стоящему около дивана стеклянному столу, отодвинула на край стоявшую там вазу с цветами, лихо закинула платье себе на спину и, облокотившись на стекло столешницы, приняла говорящую весьма о многом позу.
- Константино! Я вся Ваша! – страстно коверкая русский язык, воскликнула рыжуха и, тряхнув освобожденными от заколки волосами, тихо добавила. – Прошу не забывать о нежности…
Ситуация для Кости оказалась мало что неловкой, так еще и совершенно непривычной. С групповым сексом наш герой имел некоторое, можно сказать, шапочное знакомство, но сложившаяся ситуация выходила за рамки как группового, так и обычного секса. Константин украдкой бросил взгляд на важную даму. Лицо госпожи Антонеллы выражало полное спокойствие, как будто она выслушивала какой-то очередной доклад своего подчиненного, и лишь глаза, яростно отражающие свет бра, выдавали ее тотальную заинтересованность.
Выражения лица рыжухи Костя не видел, но, судя по слегка покачивающейся из стороны в сторону, как бы балансирующей на длинных, да еще заканчивающихся каблуками ножках попке, девица пребывала скорее в легком раздражении, нежели изнывала от волнения.
Возможно, Алиссия специально приоделась по вызову своей начальницы, а может, просто именно в таком облачении и собиралась провести праздник, осталось для Кости загадкой. Но выглядели предоставленные к обозрению секретарские тылы исключительно правильно. Черные чулки с непременной стрелкой оканчивались широкой резинкой, без кружевного излишества обнимавшей аппетитное округление вызывающе стройной ножки у самой попки, от чего казалось, что ноги девушки тщательно обведены или прорисованы и берут свое начало в районе ушей. Черные же трускик-стринги лишь намекали на присутствие белья, стыдливо прикрывая, пожалуй, только сам причинный холмик, на котором большинство уважающих себя девушек старательно культивировали свой эротический палисадничек.
Ситуация, даже опороченная своей неоднозначностью, вряд ли оставила в стороне любого мужика, мало-мальски владеющего хотя бы одним пальцем любой из конечностей. Исключением мог стать, разве что какой-нибудь упитый до состояния «умат» овощ. Костя же в тот момент к умату совершенно никакого отношения не имел. Постаравшись выкинуть из головы строящую из себя статую госпожу Антонеллу, наш герой сделал не совсем уверенный шаг к опершемуся о стол эротическому раздражителю.
Расположенная на столешнице рыжуха от этого предстала в еще более соблазнительном виде. Фигура девушки казалась облитой то ли кровью, то ли застывшим пламенем. Сошедшиеся от упершихся в стекло рук лопатки рыжухи, хорошо видные через фигурный вырез платья, слегка подрагивали и периодически плавно двигались в такт довольно частому дыханию девушки. Указательный пальчик руки, затянутой в черную перчатку, размеренно «ковырял» стекло столешницы, а его родной «красный брат» брат совместно с большим пальцем теребил в попытке накрутить на себя рыжую кучеряшку. Алисия полулежала на столе, положив на него щеку, и ее дыхание рисовало на стеклянной столешнице то появляющиеся, то снова исчезающие мистические узоры. А еще Костя заметил в отражающей поверхности стекла, что закрывшая глаза рыжуха скрытно и немного злорадно улыбается.
От этого на ничтожный миг Косте показалось, что его накрыла волна идущего от девушки тепла, и молодой человек порывисто поднес свои ладони к слегка раскачивающейся женской попке, но так и не решился притронуться к ней руками. Вместо этого он опустился на колени и осторожно, как будто прикасался к тонкой фарфоровой вазе, едва касаясь пальцами обеих рук, начал обвод контуров стройных ножек. И хоть Костя и не коснулся открытого тела Алиссии, положив свои руки на нейлон чулок, девушка вздрогнула, как будто ее окатило то ли жаром, то ли холодом. И пока его руки следовали изгибам нейлоновой дороги, возмутительница спокойствия превратилась в замерзшую статую. Лишь когда заботливые и нежные кисти, миновав забранные в клетку босоножек ступни, приступили к обратному восхождению, «жертва начальственного произвола» оттаяла. Но ни в первое, ни во второе «восхождение» Костя не сошел с нейлоновых троп и, лишь слегка прижав небольшие мило обтянутые резинкой припухлости, возвращался вниз. А в третий раз попка девушки, как бы совершенно случайно дернулась, едва не поймав одну из Костиных рук, делавших восхождение по внутренней стороне бедра. Поймать ловкую ладонь не удалось, а от излишних стараний на тонкой сеточке черных трусиков-стрингов появилась проступившая наружу капелька прозрачной влаги размерами не больше мелкой оливки.
Костя уже давно и напрочь приписал себя к гурманам естественных женских духов. Вопреки несведущим ханжам, кроме эстетического наслаждения от мысли, что дама «течет» именно по нему, знатоку запах мог сказать о многом. И если по какой-то причине запах «не подходил», значит, благоразумнее всего в таком случае было бы и не продолжать спонтанное начинание, ибо мощный компьютер под названием «подсознание», сделав титанические счисления и прошерстив базы генетической памяти, сигнализировал хозяину о невидимой ему опасности. Лично Костю подходящие «духи» пёрли воистину со страшной силой, совершенно бессовестным образом заставляя испытывать катастрофическое стеснение в верхнем отделе брюк.
И шаловливая «мокринка», ставшая еще более заметной из-за оттопыренной попки, укатала Костю, как Савраску крутые горки. Молодой человек, подавшись вперед, аккуратно, как парфюмер-дегустатор, втянул воздух. Сложный запах из легкого мускуса, лёгкой морской свежести и еще какого-то ноу-хау матушки природы ударил в голову. С замиранием сердца Костя смаковал его, чувствуя, как катастрофически быстро нарастает теснота в причинном месте, и почему-то краснеют уши. Зачем-то вспомнилась важная дама, казалось, так и не пошевелившаяся с начала этого странного действа. Костя осторожно понюхал тот самый палец – пахло почему-то духами, и в запах лишь самым краешком вкрадывался мускус с легкой ноткой каких-то то ли цитрусов, то ли цветов.
Чем дальше, тем более эпизодический характер носили воспоминания нашего героя. Сначала он отлично помнил первое прикосновение рук к открытой коже на попке рыжухи, вызвавшее кошачье потягивание всего тела девушки. Осталась в кладовке воспоминаний и его ладонь, пойманная горячей даже через сетку перчатки рукой. Трусики-стринги, с какими-то хитрыми застежками по бокам, упавшие влажной черной тряпочкой на пол между красных туфелек и прозрачная тягучая капелька, собравшаяся на бугорке-бусинке в навершии интимной женской улыбки. Дальше случилось первое прикосновение Костиного языка к бессовестно мокрым «нижним» губам и последующие сдавленные то ли жалобы на судьбу, то ли писки о помощи со стороны владелицы тех самых губ. Хорошо запомнился из-за большой разности температур момент первого проникновения, к тому же сопровождавшийся таким сильным «подмахом» со стороны рыжухи, что даже мохнатые бубенчики слегка заныли. А вот чудесное появление презерватива, который Костя обнаружил лишь после того, как он предательски порвался, превратившись в какой-то розовый дурацкий колпак на его втором «я», совершенно выпало из бытия. Молодой человек не стал огорчать девушку произошедшим событием, разве что отметил его для себя, вычеркнув из плана мероприятия некоторые его концовки. Из последующего Костя запомнил лишь употребленные позы, которых на поверку оказалось всего лишь две: первая, что случилась изначально, врезалась в воспоминания потрясающим зрелищем практически всей фигуры употребляемой по самому природному назначению рыжухи и упругой попкой, живущей в руках Константина какой-то своей жизнью; а вторая, практически такая же офисная реализация, когда обладательница рыжих кудрей на столе, и феерические ножки в красных туфельках лихорадочно бьются в его Костиных крепких ладонях.
В тот момент Костя совершенно и думать забыл о взиравшей на затянувшую нашего героя фантастически бесстыжую инсталляцию зрительнице. То ли госпожа Антонелла вела себя тише воды, ниже травы, то ли Костя столь увлекся процессом, что совершенно выкинул ее из головы, но, тщательно нагрузив мозг в поиске воспоминаний, герою удалось смутно припомнить лишь периодические едва различимые прикосновения к его спине. И лишь в те самые едва уловимые секунды, когда он загодя вынырнул из рыжухи своим вторым «я» и на миг завис в пустоте перед генетическим фонтанированием, нежная и даже где-то заботливая рука аккуратно обняла его спрятанный в подобравшиеся мешочки семенной фонд, фактически послужив спусковым триггером.
После ослабления бури в Костиной голове запечалилась воистину незабываемая картина. Рыжуха с задранным под самое горло кровавым платьем и увитая кучеряшками непослушных волос в глубоко расслабленной задумчивости пробовала спиной на комфортность стеклянную столешницу. Среди взлохмаченных растрепанных волос лицо героини настольного слияния проступало лишь частично, открывая нашему герою только загадочную улыбку. Расслабленные и сведенные за головой вместе руки теребили длинный рыжий локон, наматывая его то на один, но на другой палец. Одна из ножек, лишенная красной обувки, покоилась на Костиной груди, легонько ковыряя ее пальчиком, а вторая обладательница модельной босоножки лежала на плече нашего героя, невольно лаская шею легкой шершавостью нейлона. Чулки своих позиций так и не сдали, лишь один из них слегка посунулся с аппетитной припухлости возле основания ножки. А поверх всего этого тянулось три дорожки из капель известной многим дамам белесой жидкости. Как будто в результате тщательного прицеливания самая длинная из них, перечеркивала девичью грудь с остатками скомканного платья и создавала на залапанной стеклянной поверхности стола экспрессивный узор, упиравшийся в красную лежащую на боку и оскорбленную лишь небольшой капелькой босоножку. Вторая дорожка едва доставала до ложбинки между грудей рыжухи, медленно образуя стекающей речушкой «молочное» озерцо в районе пупка. А третья, самая немощная, на излете смогла оставить лишь белесую полоску, отчетливо заметную на черном чулке и в конечном порыве упавшую, видимо, для орошения на рыжую клумбочку лобка Алисии.
Потянувшись, Костя глубоко вздохнул и, как будто очнувшись, отпустил сжатые ладонями в районе коленок ноги девушки. С ужасом осмотрев обиженные таким отношением ножки, наш герой кроме синяков у коленок обнаружил еще и ужасный отпечаток на лодыжке, который в отчаянии тут же поцеловал.
- Это ничего… - едва слышно прошептала Алисия на по-смешному ломанном русском языке. – Это все уйдет. Я буду помнить совсем другое… Может быть даже сфотографирую их на память, когда пойду принимать душ.
Небольшая тень от загороженного света бар упала на стол, поползла по нему, накрыв лицо рыжухи и вызвав на нем ухмылку. Практически бесшумно в поле зрения вступила госпожа Антонелла. Теперь лицо важной дамы вряд ли можно было бы назвать бесстрастным, хоть она всячески и пыталась выглядеть именно так. Костя невольно подмигнул недавней зрительнице, как-то вдруг поняв, что совершенно не стесняется этой суровой женщины, будто пару минут назад она тоже была его партнершей по стеклянному столу. И от Костиного взгляда внутри госпожи Антонеллы что-то растаяло. Ее ладошка неуверенно коснулась сначала щеки нашего героя, немного пошуршала слегка отросшей щетиной, спустилась на грудь, слегка сжав ее, перескочила на плечо и, добравшись до затянутой в нейлон ножки Алиссии, заскользила по ней вниз. Видимо, не ожидавшая этого рыжуха, удивленно раскрыла глаза и даже сделала вдох, но что-либо сказать так и не решилась. Тем временем потерявшая робость рука госпожи Антонеллы добежала до широкой резинки чулка, слегка сжала аппетитную припухлость и соскочила на рыжую клумбочку. Несмело погуляв вокруг белесых капель, да так и не решившись их тронуть, указательный палец важной дамы побрел вверх по животу рыжухи, вызвав непроизвольное сокращение мышц живота. От этого «молочное» озерцо пупка выплеснулось на сторону, накрыв холеный пальчик госпожи Антонеллы. Пальчик то ли возмущенно, то ли удивленно замер и, немного поелозив по мокрой коже животика рыжухи, заскользил по мокрому следу в сторону ложбинки между грудей. Все это время Алиссия, казалось, даже не дыша, взирала на свою начальницу.
Костя вряд ли смог разобраться во взаимоотношениях присутствующих в каюте дам, но по реакции рыжухи госпожа Антонелла позволяла себе нечто, явно выходящее за отведенные ей же рамки.
Добравшись до покрытой тканью скомканного платья груди девушки, пальчик важной дамы уверенно проследовал под ткань, обнажая грудь. Скользнув пару раз вокруг мигом затвердевшего соска Алисии, пальчик покинул его, очутившись на следующий миг в молочном озерце пупка. Немного «помутив воду», пальчик вернулся на грудь Алиссии и продолжил кружение по соску, покрывая его ставшей практически прозрачной, но до сих пор тягучей влагой. Алиссия по-прежнему притворялась статуей, а Костя с интересом наблюдал за процессом, совершенно утеряв робость перед важной дамой. Пальчик игрался с напрягшимся соском, пока вязкая жидкость не высохла. А затем госпожа Антонелла уверенно обмакнула своего посланника в озеро пупка, поднесла его к своему лицу и, осторожно понюхав, несмело лизнула. Чуточку «покатав» вкус во рту, как дегустатор, важная дама полностью взяла кончик пальца в рот. Косте показалось, что Алиссия перестала не только дышать, но и моргать. А в следующий миг госпожа Антонелла, так и не вынимая палец изо рта, как-то смущенно улыбнулась, и ее холеное и отвыкшее от эмоций лицо густо залилось румянцем. Порывисто повернувшись, важная дама целеустремленно двинулась в сторону кухни.
- Инкредибьле, - прошептала рыжуха. – Соло ке нон кредо…
- Тут такое дело, - немного замялся Костя, показывая на остатки презерватива. – Порвался…
- Я заметила, - фыркнула рыжуха. – Забудь. В здешней аптечке есть все, что надо, даже если бы ты забрызгал меня.

Это сообщение отредактировал *Лёлька* - 03-10-2014 - 20:38
Мужчина waif-cat
Свободен
12-09-2014 - 14:44
*** продолжение***

- Да она вполне себе милая и даже симпатичная женщина, - высказал Костя свое мнение, отпуская запавшие в душу ножки рыжухи и помогая ей встать со стола.
- Милая!? – фыркнула Алиссия. – Я уже и забыла, что такое можно употреблять по отношению к этой мраморной статуе…
Вечер, вернее ночь подарка, для Кости закончилась совершенно неожиданно. Быстро собрав себя «в кучу», он заглянул в кухонный отсек каюты и застал стоявшую у окна госпожу Антонеллу. Свет в отсеке был потушен, и силуэт важной дамы едва угадывался на фоне светлой стены. Женщина, обняв себя руками, глядела в открытый иллюминатор на проплывающие в темноте огоньки недалекого берега.
- Синьора, - попытался начать разговор Костя.
- Это был чудесный вечер, Констанзо, - перебила его госпожа Антонелла. – Я без преувеличения могу сказать, что подарок удался, пусть не надолго, но я пожила настоящей жизнью. А теперь проводи, пожалуйста, Алессию. Если отбросить амбиции, и безумную тягу к карьере она останется весьма славной девушкой.
- Спокойной ночи, - Косте почему-то стало жаль важную даму, которая явно находилась в печали.
- Доброй ночи, Констанзо, - госпожа Антонелла сделала жест рукой с винным бокалом. – Впереди суббота, и я бы с удовольствием показала тебе любой из городов Италии, но я буду занята. Так что пожелай Алессии доброго сна, завтра экскурсией будет заведовать она. Вы вольны гулять просто и не просто, я требую лишь одного: все случившееся в данной каюте этим вечером умрет в ней, не доходя до порога. Для всего остального мира мы лишь мило побеседовали за бутылочкой вина.
Постояв еще с полминуты в тишине с силуэтом сильной, но не совсем счастливой женщины, Костя тихо удалился и, дождавшись Алиссию, покинул самую дорогую каюту круизного лайнера. Алиссия жила четырьмя палубами ниже, и добраться до ее каюты стоило нашему герою некоторого количества моральных сил. Дело стало за малым: если наряд Константина приобрел лишь некоторую помятость ночного гуляки, то заляпанная, а местами насквозь пропитавшаяся некоей засохшей жидкостью ткань платья в полный голос вопила любому встречному о случившемся. Наконец, закрыв за Алиссией дверь каюты в половине пятого утра, наш герой глубоко вздохнул отчасти облегченно, а отчасти с немалым сожалением.

***

С друзьями-коллегами Костя вновь встретился лишь в воскресенье на приеме у госпожи Антонеллы. То ли в отместку им, то ли в поощрение нашему герою руководство Кости было поставлено в известность важной дамой, что подарок ей пришелся по вкусу, и она ангажирует его на весь субботний день. Так что наш герой был разбужен лишь глубоко после завтрака довольно требовательным стуком в дверь.
Протирая заспанные глаза, Костя без каких-либо задних мыслей, как был в часах и цепочке с крестиком, приоткрыл дверь, надеясь узреть там на выбор: хмурую от похмелья, злорадно ухмыляющуюся, либо любопытную морду кого-то из своих друзей. За дверью обнаружилась хитро ухмыляющаяся Алиссия, и, явно не собираясь стоять на пороге, девушка уверенно вошла в каюту Кости, слегка подвинув замешкавшегося в дверях постояльца.
- Константино, уж полдень близится, а Вы все без штанов, - с пафосом продекламировала рыжуха, фыркнув от кинутого на нашего героя взгляда. – Через час мы отправляемся в Рим, тебе, милый друг госпожи ЭйДи, придется поторопиться!
- Так мы приходим в Неаполь только к вечеру, - пробурчал Костя, неловко заворачиваясь в полотенце.
- Да полно Вам, нас отвезут на корпоративной яхте, - возразила Алиссия, поддевая наманикюренным пальчиком полотенце на поясе нашего героя. – Комплята делицья! Как я это вчера проглядела!
Из-за временного лимита ничего в каюте не вышло, насмешливая рыжуха лишь раздразнила Костика, вынудив по пути к палубе для причаливания яхт прикрываться спереди своим невеликим рюкзачком. Тем не менее, поведение проказницы скорее радовало, чем напрягало нашего героя, громогласно говоря, что сегодня у него снова случится нечто с этой рыжей итальянской бестией.
Наступивший день у Константина выдался исключительно удачным. Видимо, получившая широкие полномочия от из-за чего-то расщедрившейся госпожи ЭйДи рыжуха на ходу поменяла все намеченные изначально планы, избавив не слишком уважавшего курортную Италию Костю от осмотра достопримечательностей. Взамен, «подарочная парочка» смогла устроить себе междугородные покатушки на корпоративной феррари, побывать на каком-то известном автосалоне, походя перекусить в чрезвычайно элитном ресторане и даже покататься на лошадях, принадлежавших важной даме. А на исходе дня их ждало предоставленное в полное распоряжение одно из загородных имений госпожи Антонеллы. Не обманув ожидания Кости, случился и ряд «нечто» с рыжей бестией, и эти «нечто» начались прямо с салона яхты, да так периодически и всплывали в разных местах казавшегося хаотичным маршрута «подарочной парочки». И, пожалуй, самое исключительное «нечто» произошло в салоне выставочного ниссана «Патрол», где рыжуха совершенно неадекватно восприняла Костины признания в любви к машине, фактически принудив его к порочным действиям. По большому счету посетителей в выставочном зале по причине его скорого закрытия оказалось немного, да и машинка стояла обособленно. Лишь появившееся в какой-то момент раскачивание выставочного экспоната привлекло внимание одной из минималистически одетых девчушек-завлекушек. Но та, увидев происходящее внутри действо, проявила молодежную солидарность, хоть и не пожелала отойти от заднего окна выставочного авто. В результате машина нисколько не пострадала, а в смущении осталась лишь обнаруженная в конце испытания автомобиля на семейность молодая работница салона.
За вечер на загородной вилле говорить, несомненно, стоит, но лучше делать это отдельной историей. То «нечто» у «подарочной парочки» оказалось как самым продолжительным, так и самым комфортным. Как мог бы сказать пошляк Игорь: «Жили они в тот день долго и счастливо, да и кончили в един момент…Пять раз с передышками». Лишь одна тема тщательно обходилась молодыми людьми – забытый всеми вечер пятницы. Вернулась из отдыха «подарочная парочка» вполне довольной, как собой, так и проведенным временем, и разве что слегка бледный вид, да изрядно макаронная походка выдавали случившиеся в день с ночью излишества.

***

Считая себя обязанным, Константин с рыжухиной помощью смог совсем кратенько переговорить с важной дамой. И кроме искренней благодарности, осмелился задать и терзающий его вопрос:
- Синьора, но почему Алиссия? – не понимая спросил он, - Вы же можете всю жизнь испортить этой замечательной девушке! Я не осуждаю Вас, но ведь для такого пикантного действа можно было отыскать иные, не столь завязанные на вас, кандидатуры.
- Констанзо, я отвечу тебе, хотя вовсе не обязана этого делать, - госпожа Антонелла посмотрела в лицо молодого человека чрезвычайно серьезно. – Тому есть масса причин, изложу основную. В свои неполные двадцать пять Алессия чрезвычайно напориста, амбициозна и мало разборчива в средствах. Мне часто кажется, что при желании она способна снять с конкурентов на ходу не только понравившиеся ей туфли, но и отдельно подметки от них. При этом девушка мало отдает отчет, чего могут стоить ее поступки окружающим ее людям. Я же просто хочу четко дать ей понять, на какие жертвы готовы пойти многие парни и девушки ради карьеры, и какими угрызениями совести можно обзавестись в результате бездумных действий. Моя помощница рано или поздно станет начальником и должна четко знать, из каких ступенек состоит эта непростая лестница.
Костя враз растерял все готовые сорваться с губ претензии на счет взбалмошной начальницы Алиссии. Серьезно кивнув, он лишь поцеловал ручку важной дамы и еще раз поблагодарил за подаренную им а Алиссией субботу.

***

С друзьями Костя встретился уже после случившихся переговоров с госпожой Антонеллой, что породило изрядное количество вопросов, на которые Костя отвечать не особо спешил.
- Пасаны, ну дайте поспать человеку, бросившему в горнило общего дела свою честь вместе с телом, - взмолился очередной раз Константин, пристраиваясь в салоне такси. – Я потом… Расскажу… Ага, обязательно…
Призвать к ответу «наглеца» смогли лишь после посадки в самолет, до которого слегка проспавшееся в аэропорту тело вполне смогло доковылять самостоятельно.
- Друг Костя, срочно ответь на вопрос, - требовательно показал кулак Игорь. – Ты ее все-таки стреножил или как? А то она у себя в офисе вся при себе и с иголочки, а ты - в хлам и прямо к такси?
- Та нет… Что Вы за чушь несете! – возмутился практически искренне наш герой. – У нас и разговора такого не было. Вы вообще помните, сколько ей лет-то?!
- Сколько-нисколько, - передразнил Игорь. – Лет как раз столько, что она на полную катушку должна знать, что делать с той мохнатой штукой и пользовать ее на износ, как в последний раз! Колись, скотина!
- Насяльника, как естя сыказу, - сделал Костя «узбекское лицо», - Может, она и шпынькается с кем, но я явно не в той очереди стоял. Мы посидели, поговорили за жизнь, пригубили пузырек какого-то безумно дорогого шампуня. Я даже стал сильнее жалеть, что там вокруг баб море, и кое-кто из них совсем не прочь шнурка подергать, а тут приходит та рыжуха.
- Которая по перспективным проектам? – глаза Петра максимально округлились и активно стали взбираться на лоб. – Я думал это ее внучка или там племянница…
- Я тоже так думал, - фыркнул Костя, почувствовав в штанах издержки воспоминаний по рыжухе. – Только все мы того: не то думали. Алиссия действительно у нее работает и вечером чего-то принесла ей по бумагам. Антонелла их схватила, как будто там неопубликованное продолжение «Рабыни Изауры», и все. Мы с Алиской треснули еще два пузыря шампуня, а потом начальница ее отпустила, ну и меня тоже.
- Так ты все это время шурупил эту… - Игорь аж спал с лица. – Эту…
- Потрясающую! Нет, просто феерическую девушку, - прервал его потуги Костя. – Ну что, вопрос закрыт?
- Какой закрыт! – возмутился Петр. – Колись по полной, чтоб до самой жопы! Где, когда, сколько!
- Может, еще и как рассказать? – фыркнул Костя.
- С этого и начинай, - Игорь опять показал кулак. – Поди, просрал всю колхозную казну, холоп!
- Обижаешь, насяльника, - Костя снова включил «узбека». – Вся банкета за щёта ба-а-альшой деловой зеньсина. Как она сказаль, так работника и сделаль. Зеньсина сказаль катася красный феррари, мы каталься, зеньсина сказаль кусай рестарана, мы кусаль, зеньсина сказаль катася коника, быль коника…
- Зеньсина и перспективную покаруслить сказаль? – передразнил Петр Костиного «узбека».
- Нет, зеньсина это не сказаль, - Костя сделал гордое лицо. – Но он эта подумаль! А мы с переспективная работнися пересепектировались узе сами. Така сказать инисиатива проявиль. Вот!
- Слышь, клоун, - Игорь тоскливо поглядел в глаза Косте. – Не делай так, чтобы я умер, скажи, что ты пошутил?

***

Поездка прошла не зря, и дело по представительству мало-помалу набирало обороты. Даже по проекту Петиного отца велись более-менее конкретизированные переговоры. Косте работы прибавилось, и какое-то время он даже вспомнил, что такое недосып по работе, а не по бабе.
Прошло два месяца, да и третий перевалил за «гору», осень давно покинула разряд «ласковая» и перешла к определению «передрыщица». С лучшей половиной человечества у Кости наблюдались какие-то буксовки, вызванные небывалой загрузкой по работе. И вопреки поговорке: «У природы нет плохой погоды, во всякую погоду благо дать», обделенные вниманием «старые» подруги отдаться Косте может и были готовы, но вот ловить момент его доступности явно не спешили. А новых «изюминок» нашему герою искать как-то вдруг оказалось совершенно некогда. Он даже на святые покатушки «в говнище» бессовестно забивал, несказанно огорчая спаянную джипперскую компанию.
Номер не определялся, но мобильник явно не собирался оставлять Костю в покое.
- Ладно бы Любочка ломилась в дверь, чтобы скрасить, да что уж там конкретно ОБЛЕГЧИТЬ мою холостяцкую жизнь, - пробурчал Костя. – Ну или не на такой уж худой конец Настёна… Так звонит же какой-нибудь жирный меркантильный мужик, де еще и в далеко нерабочее время.
- Константино? – Костя не то, чтобы имел право не узнать этот смешно коверкающий русский язык голос, он просто едва не кончил прямо в штаны, услышав его. – Это ты или мне дали неверный номер?
- Алиска… - выдохнул наш герой. – Сюрприз, черт подери!
- Да, я такая, - фыркнули в трубку, игриво добавив. – А я тебя хочу… видеть.
- Не помню, чтобы я был против, - в горле у Кости пересохло. – Но где я, а где Италия с тобой.
- Да… Это есть печально со всех сторон, - девушка вздохнула. – А я тебя очень вспоминаю.
Противно заверещал домофон. Прикрыв трубку, Костя смачно выругался и, скользнув в прихожку, тыкнул открывающую дверь кнопку. Костина квартира была последней в списке и ему не домофонил разве только ленивый, забывший или не знавший в какой квартире живет кто-то там его шибко знакомый. Когда избавившийся от дурного дела Костя снова приложил к уху трубку, в ней жили лишь гудки отбоя. Сердце замерло, и на нашего героя упал всего лишь целый мир. В сердцах выматерившись девятиэтажным, как раз по количеству этажей в доме матом, он запустил ни в чем неповинным телефоном в подушку кресла. На время обретший душу летчика кнопочник-двухспальник самоотверженно протаранил обивку и, отскочив, четко влетел под диван.
- Вот жеж гад! А если Алиска опять позвонит?! – возмутился Костя и полез под диван.
И тут же квартирный звонок, истошно завопив, сообщил, что у двери изловлен посетитель.
- Как вы меня задрали! – прокричал Костя куда-то в параллельный мир и, показав туда же «палец», продолжил ловлю сбежавшего девайса. Тут же девайс, не заставив себя ждать, зазвонил. Взбешенный обстоятельствами Костя всячески пытался вынуть гадскую зверюгу из-под дивана, а когда все же настиг застранца, отодвинув спальную принадлежность, звонок сбросился.
- Убью! – завопил Костя на телефон, но тут же был отвлечен звонком у входной двери.
- Достали, - пяток раз вдохнув-выдохнув, Костя открыл дверь и обмер.
Белый простенький плащик, совершенно не резонировал видом с чрезвычайно модельными и на все сто процентов итальянскими белыми кожаными сапожками. А прозрачный зонтик из разряда «все по сто» с россыпью не успевших соскочить в теплый подъезд капель не мог лежать даже в одном магазине с белой породистой сумочкой. Девушка в таком прикиде смотрелась исключительно несуразно, но все это моментально обратилось прахом несущественности, потому что у нее имелись длинные вьющиеся рыжие волосы, прихваченные белой заколкой.
- Чай. Ванная. Теплая постель. Горячий секс, - девушка протянула Косте зонтик с сумочкой, делая шаг в квартиру.
Сумку Костя удержал, а вот зонтику так сильно не повезло. В прочем, через миг похожее надругательство произошло и сумкой. И не важно, что плащ оказался холодным и мокрым, а сапожки оставляли на стене мистические следы. Алиссия испепелила его разум, сделав незначительным неисчислимую тьму вещей, которыми он зачастую попрекал своих друзей-приятелей. Костя не запомнил, кто закрыл дверь, как не придал значения сваленным из прихожки курткам-пальто и рассыпанной с полки обуви. С трюмо вмиг исчезли все вещи, включая святая-святых - вай-фай рутер. Плащ, сапоги и какой-то пиджак снимались без отрыва от процесса покрытия поцелуями сидящей на низеньком трюмо Алиссии.
- Ладно. Ладно, я передумала, - прошептала рыжуха, задыхаясь, - Чай и ванная идут лесом. Постель пусть будет опциональной. А начнем мы с секса и прямо сейчас!

***

Бессовестно наврав начальству, Костя взял отпуск на три дня, подумав, что любимая контора не помрет, а такого случая жизнь может больше и не дать. Алиссия приехала в Россию на ЦЕЛЫХ три дня по каким-то совершенно секретным делам конторы и просто не смогла упустить шанс. На удивление Кости фееричная рыжуха не забыла ни его, ни того самого случая, фактически кинувшего их в объятия друг друга, даже не спрашивая их пожелания. И даже если у рыжей красавицы имелись какие-либо постельные победы на родине, девушка моментально сдетонировала, как будто провела прошедшие два с хвостом месяца в женском монастыре строго режима. И рыжуху, казалось, совершенно не волновали вопросы типа «где», «как», «почему», ее вело определение «с кем». А после того, как Костя помог ей перевезти с аэропорта два миленьких чемоданчика, все кроме «с кем» совершенно перестало существовать.
И был день, и была ночь, и ни один из вновь укомплектованной «подарочной парочки» не заметил столь несущественной, но от этого не менее неумолимой формы протекания вселенских процессов, как время.
Закончив третий день на даче у друзей, «подарочная парочка» встретила там же и четвертый. Странно, но Косте совершенно не приелись стремительные отношения с одной и той же женщиной, хотя никто из них, похоже, не поверил в любовь.
- Нам надо быть сегодня… сейчас… - не до конца проснувшаяся рыжуха смешно стала тыкать в клавиши своего коммуникатора, клацая коготками, как кошка. – Смотри вот адрес. Ты знаешь, где это?
- Конечно, - поцеловал Костя протянувшую телефон ручку, лишь на секунду глянув в телефон. – С тобой куда угодно. Только не пойму, зачем тебе туда перед самым отъездом? Может, лучше погуляем по городу? Наверное, для тебя вчера выпал первый снег. Красотища!
- Это чрезвычайно! – усилила сказанное поднятым пальчиком рыжуха. – Очень важно. Надо ехать!
- Надо, так надо, - с некоторым сожалением согласился Костя, тут же потянувшись под одеялом к рыжей жертве утренних домогательств.

***

За каким-то чертом судьба в лице рыжей итальянской бестии притащила Константина фактически в последний день перед расставанием с Алиссией к автосалону «Ниссан». Наш герой уважал эту марку авто, но в тот момент сильно и абсолютно бесповодно обиделся на нее. И хоть Костя с трудом себе представлял, как именно надо провести последние часы перед расставанием с взорвавшей его душу и бытие девушкой, сидение в холле салона с унылым кофе явно не имело к этому никакого отношения.
- Мне нужен твой паспорт, - безапелляционно потребовала Алиссия. – Только не говори, что забыл, я тебе раз пять утром напоминала.
- Держи, - протянул Костя рыжухе свою загранку, даже не удосужившись узнать зачем.
- Этот документ не годится, - наморщила нос Алиссия. – Нужен другой, для внутри страны.
- С меня особо нечего поиметь, - улыбнулся Костя, - но все же, зачем?
- Сейчас все узнаешь, - сделала девушка какой-то хитрый жест пальцами. – В принципе, все решается за деньги, и твой паспорт разве для уже совершеннейшей формальности просят. Я же хочу, чтобы… ниссун проблема…
- Да какие у меня могут быть проблемы с «Ниссаном»? – усмехнулся Костя.
- Рагаццо шокко, - Алиссия, как учительница в классе показала на Костю указательным пальцем. – Первое – «нет проблем», а второе – это про тебя, глупый мальчишка.
Отчитав Костю, рыжуха прияла вид оскорбленной принцессы и, постукивая каблучками, двинулась куда-то внутрь салона. Глядя на уходящую рыжуху, Костя чувствовал нарождающийся где-то в груди холод. Все три дня он жил только ей, но так и не смог наполнить себя рыжухой до краев.
- Блин, надо взять ее итальянский телефон и если не выпросить, так хоть спереть что-то на память, - пришла мысль. – А если это совсем? Если я ее больше не увижу? Как быть, если мы живем совершенно на разных полюсах жизни? Только в кино можно все решить по щелчку пальцев…
От раздумий Костю отвлек настырный автомобильный сигнал где-то на улице. Какой-то редискоид не унимался уже добрых двадцать секунд, испытывая на прочность нервы посетителей и персонала автосалона. Костя глянул в огромное окно. Сигналили явно из белого нисана «Патрол», стоящего прямо у входа. И, как будто, увидев его взгляд, плохо различимый за стеклом водитель снова вдавил клаксон раз-два-три, словно приглашая Костю выйти.
Воспоминания молодого человека снова ринулись сначала к Алиссии, а через нее в Италию двухмесячной давности и как будто сами по себе сконцентрировались на одном из «нечто», случившемся в похожей машине. Костя усмехнулся и повнимательнее вгляделся в сигналившее авто. Водитель, как будто снова прочитав мысли нашего героя, протяжно засигналил.
- А ведь авто практически один в один, - подумал Костя, и тут его проняла мысль. – Алиска?
Не очень-то веря в свою догадку, Костя вроде бы невзначай направился к внешнему стеклу салона. И с каждым его шагом все четче проявлялся водитель шумного авто. А когда за стеклом мелькнули рыжие кудри, Костя понял, что сигналили именно ему, тугодуму Косте.
Уверенным шагом Костя вышел из салона и сел в авто.
- Помнишь, рогаццо шокко? – на лице рыжухи проступила хитрющее выражение. – Салон? Италия?
- Могла бы и не спрашивать, - Костя погладил девчачью руку, лежащую на руле. – Италия. Салон. Зрители…
- Константино, ну ты разве не видишь?! – рыжуха звонко рассмеялась. – Это же есть та самая машина!
- Откуда? – Костя совершеннейшим образом выпал в осадок.
- ЭйДи после нашего «выходного» выпытала все наши подвиги на самом корню, - улыбалась, рассказывала Алиссия. – А когда услышала про машину, тут же купила ее. Ну а переправить, растаможить и оформить больших сложностей не составило.
- Так это подарок госпожи Антонеллы? – еще больше удивился Костя.
- Местами, - загадочно ответила рыжуха. – Лучше не спрашивай, но идея и воплощение мои. На то, чтобы она созрела, потребовалось целых полтора месяца! И вообще, нечего удивляться. Эта машина, конечно, будет напоминать тебе о моей двоюродной тёте, но обо мне она будет просто кричать! Так что можешь возить в ней своих знакомых женщин, в каждой из них ты лишь снова и снова увидишь меня. А теперь забирай мои чемоданы из салона, и быстро едем в аэропорт!
Прощаться Костя не любил, возможно, Алиссия тоже не слишком жаловала эту процедуру. Не было ни слёз, ни прочей сырости. Лишь печальные лица обоих «подарков» говорили о сути момента. В полном молчании рыжуха прошла регистрацию, и когда она уже повернулась к нему спиной, Костя не выдержал:
- Мы еще увидимся? – крикнул он явную глупость.
Алиссия, услышав его, остановилась, затем медленно повернулась. И на ее лице он увидел едва различимые дорожки слез. Сделав несколько порывистых шагов, рыжуха приблизилась к рамке металлодетектора:
- Ты думал так просто сбежать от меня, рогаццо шокко, - прошептала она. – Нет, Константино, через два года я заканчиваю стажировку у двоюродной тёти и стану по-настоящему самостоятельной. Мне дадут в управление какую-нибудь дочернюю компанию концерна, и очень велика вероятность, что это будет одно из строящихся производств в этой стране. Так что гуляй, Константино, свои последние свободные годы, но веди себя прилично, рогаццо шокко. Я за тобой обязательно вернусь, но винить тебе за все придется Эй-точка-Ди-точка…
В очередной раз огорошенный Костя с глупой улыбкой на лице провожал звук удаляющихся каблучков рыжухи, совершенно не замечая двух украдкой смеющихся девчат-пограничниц из зоны контроля.
Мужчина waif-cat
Свободен
12-09-2014 - 14:49
*** продолжение***

- Да она вполне себе милая и даже симпатичная женщина, - высказал Костя свое мнение, отпуская запавшие в душу ножки рыжухи и помогая ей встать со стола.
- Милая!? – фыркнула Алиссия. – Я уже и забыла, что такое можно употреблять по отношению к этой мраморной статуе…
Вечер, вернее ночь подарка, для Кости закончилась совершенно неожиданно. Быстро собрав себя «в кучу», он заглянул в кухонный отсек каюты и застал стоявшую у окна госпожу Антонеллу. Свет в отсеке был потушен, и силуэт важной дамы едва угадывался на фоне светлой стены. Женщина, обняв себя руками, глядела в открытый иллюминатор на проплывающие в темноте огоньки недалекого берега.
- Синьора, - попытался начать разговор Костя.
- Это был чудесный вечер, Констанзо, - перебила его госпожа Антонелла. – Я без преувеличения могу сказать, что подарок удался, пусть не надолго, но я пожила настоящей жизнью. А теперь проводи, пожалуйста, Алессию. Если отбросить амбиции, и безумную тягу к карьере она останется весьма славной девушкой.
- Спокойной ночи, - Косте почему-то стало жаль важную даму, которая явно находилась в печали.
- Доброй ночи, Констанзо, - госпожа Антонелла сделала жест рукой с винным бокалом. – Впереди суббота, и я бы с удовольствием показала тебе любой из городов Италии, но я буду занята. Так что пожелай Алессии доброго сна, завтра экскурсией будет заведовать она. Вы вольны гулять просто и не просто, я требую лишь одного: все случившееся в данной каюте этим вечером умрет в ней, не доходя до порога. Для всего остального мира мы лишь мило побеседовали за бутылочкой вина.
Постояв еще с полминуты в тишине с силуэтом сильной, но не совсем счастливой женщины, Костя тихо удалился и, дождавшись Алиссию, покинул самую дорогую каюту круизного лайнера. Алиссия жила четырьмя палубами ниже, и добраться до ее каюты стоило нашему герою некоторого количества моральных сил. Дело стало за малым: если наряд Константина приобрел лишь некоторую помятость ночного гуляки, то заляпанная, а местами насквозь пропитавшаяся некоей засохшей жидкостью ткань платья в полный голос вопила любому встречному о случившемся. Наконец, закрыв за Алиссией дверь каюты в половине пятого утра, наш герой глубоко вздохнул отчасти облегченно, а отчасти с немалым сожалением.

***

С друзьями-коллегами Костя вновь встретился лишь в воскресенье на приеме у госпожи Антонеллы. То ли в отместку им, то ли в поощрение нашему герою руководство Кости было поставлено в известность важной дамой, что подарок ей пришелся по вкусу, и она ангажирует его на весь субботний день. Так что наш герой был разбужен лишь глубоко после завтрака довольно требовательным стуком в дверь.
Протирая заспанные глаза, Костя без каких-либо задних мыслей, как был в часах и цепочке с крестиком, приоткрыл дверь, надеясь узреть там на выбор: хмурую от похмелья, злорадно ухмыляющуюся, либо любопытную морду кого-то из своих друзей. За дверью обнаружилась хитро ухмыляющаяся Алиссия, и, явно не собираясь стоять на пороге, девушка уверенно вошла в каюту Кости, слегка подвинув замешкавшегося в дверях постояльца.
- Константино, уж полдень близится, а Вы все без штанов, - с пафосом продекламировала рыжуха, фыркнув от кинутого на нашего героя взгляда. – Через час мы отправляемся в Рим, тебе, милый друг госпожи ЭйДи, придется поторопиться!
- Так мы приходим в Неаполь только к вечеру, - пробурчал Костя, неловко заворачиваясь в полотенце.
- Да полно Вам, нас отвезут на корпоративной яхте, - возразила Алиссия, поддевая наманикюренным пальчиком полотенце на поясе нашего героя. – Комплята делицья! Как я это вчера проглядела!
Из-за временного лимита ничего в каюте не вышло, насмешливая рыжуха лишь раздразнила Костика, вынудив по пути к палубе для причаливания яхт прикрываться спереди своим невеликим рюкзачком. Тем не менее, поведение проказницы скорее радовало, чем напрягало нашего героя, громогласно говоря, что сегодня у него снова случится нечто с этой рыжей итальянской бестией.
Наступивший день у Константина выдался исключительно удачным. Видимо, получившая широкие полномочия от из-за чего-то расщедрившейся госпожи ЭйДи рыжуха на ходу поменяла все намеченные изначально планы, избавив не слишком уважавшего курортную Италию Костю от осмотра достопримечательностей. Взамен, «подарочная парочка» смогла устроить себе междугородные покатушки на корпоративной феррари, побывать на каком-то известном автосалоне, походя перекусить в чрезвычайно элитном ресторане и даже покататься на лошадях, принадлежавших важной даме. А на исходе дня их ждало предоставленное в полное распоряжение одно из загородных имений госпожи Антонеллы. Не обманув ожидания Кости, случился и ряд «нечто» с рыжей бестией, и эти «нечто» начались прямо с салона яхты, да так периодически и всплывали в разных местах казавшегося хаотичным маршрута «подарочной парочки». И, пожалуй, самое исключительное «нечто» произошло в салоне выставочного ниссана «Патрол», где рыжуха совершенно неадекватно восприняла Костины признания в любви к машине, фактически принудив его к порочным действиям. По большому счету посетителей в выставочном зале по причине его скорого закрытия оказалось немного, да и машинка стояла обособленно. Лишь появившееся в какой-то момент раскачивание выставочного экспоната привлекло внимание одной из минималистически одетых девчушек-завлекушек. Но та, увидев происходящее внутри действо, проявила молодежную солидарность, хоть и не пожелала отойти от заднего окна выставочного авто. В результате машина нисколько не пострадала, а в смущении осталась лишь обнаруженная в конце испытания автомобиля на семейность молодая работница салона.
За вечер на загородной вилле говорить, несомненно, стоит, но лучше делать это отдельной историей. То «нечто» у «подарочной парочки» оказалось как самым продолжительным, так и самым комфортным. Как мог бы сказать пошляк Игорь: «Жили они в тот день долго и счастливо, да и кончили в един момент…Пять раз с передышками». Лишь одна тема тщательно обходилась молодыми людьми – забытый всеми вечер пятницы. Вернулась из отдыха «подарочная парочка» вполне довольной, как собой, так и проведенным временем, и разве что слегка бледный вид, да изрядно макаронная походка выдавали случившиеся в день с ночью излишества.

***

Считая себя обязанным, Константин с рыжухиной помощью смог совсем кратенько переговорить с важной дамой. И кроме искренней благодарности, осмелился задать и терзающий его вопрос:
- Синьора, но почему Алиссия? – не понимая спросил он, - Вы же можете всю жизнь испортить этой замечательной девушке! Я не осуждаю Вас, но ведь для такого пикантного действа можно было отыскать иные, не столь завязанные на вас, кандидатуры.
- Констанзо, я отвечу тебе, хотя вовсе не обязана этого делать, - госпожа Антонелла посмотрела в лицо молодого человека чрезвычайно серьезно. – Тому есть масса причин, изложу основную. В свои неполные двадцать пять Алессия чрезвычайно напориста, амбициозна и мало разборчива в средствах. Мне часто кажется, что при желании она способна снять с конкурентов на ходу не только понравившиеся ей туфли, но и отдельно подметки от них. При этом девушка мало отдает отчет, чего могут стоить ее поступки окружающим ее людям. Я же просто хочу четко дать ей понять, на какие жертвы готовы пойти многие парни и девушки ради карьеры, и какими угрызениями совести можно обзавестись в результате бездумных действий. Моя помощница рано или поздно станет начальником и должна четко знать, из каких ступенек состоит эта непростая лестница.
Костя враз растерял все готовые сорваться с губ претензии на счет взбалмошной начальницы Алиссии. Серьезно кивнув, он лишь поцеловал ручку важной дамы и еще раз поблагодарил за подаренную им а Алиссией субботу.

***

С друзьями Костя встретился уже после случившихся переговоров с госпожой Антонеллой, что породило изрядное количество вопросов, на которые Костя отвечать не особо спешил.
- Пасаны, ну дайте поспать человеку, бросившему в горнило общего дела свою честь вместе с телом, - взмолился очередной раз Константин, пристраиваясь в салоне такси. – Я потом… Расскажу… Ага, обязательно…
Призвать к ответу «наглеца» смогли лишь после посадки в самолет, до которого слегка проспавшееся в аэропорту тело вполне смогло доковылять самостоятельно.
- Друг Костя, срочно ответь на вопрос, - требовательно показал кулак Игорь. – Ты ее все-таки стреножил или как? А то она у себя в офисе вся при себе и с иголочки, а ты - в хлам и прямо к такси?
- Та нет… Что Вы за чушь несете! – возмутился практически искренне наш герой. – У нас и разговора такого не было. Вы вообще помните, сколько ей лет-то?!
- Сколько-нисколько, - передразнил Игорь. – Лет как раз столько, что она на полную катушку должна знать, что делать с той мохнатой штукой и пользовать ее на износ, как в последний раз! Колись, скотина!
- Насяльника, как естя сыказу, - сделал Костя «узбекское лицо», - Может, она и шпынькается с кем, но я явно не в той очереди стоял. Мы посидели, поговорили за жизнь, пригубили пузырек какого-то безумно дорогого шампуня. Я даже стал сильнее жалеть, что там вокруг баб море, и кое-кто из них совсем не прочь шнурка подергать, а тут приходит та рыжуха.
- Которая по перспективным проектам? – глаза Петра максимально округлились и активно стали взбираться на лоб. – Я думал это ее внучка или там племянница…
- Я тоже так думал, - фыркнул Костя, почувствовав в штанах издержки воспоминаний по рыжухе. – Только все мы того: не то думали. Алиссия действительно у нее работает и вечером чего-то принесла ей по бумагам. Антонелла их схватила, как будто там неопубликованное продолжение «Рабыни Изауры», и все. Мы с Алиской треснули еще два пузыря шампуня, а потом начальница ее отпустила, ну и меня тоже.
- Так ты все это время шурупил эту… - Игорь аж спал с лица. – Эту…
- Потрясающую! Нет, просто феерическую девушку, - прервал его потуги Костя. – Ну что, вопрос закрыт?
- Какой закрыт! – возмутился Петр. – Колись по полной, чтоб до самой жопы! Где, когда, сколько!
- Может, еще и как рассказать? – фыркнул Костя.
- С этого и начинай, - Игорь опять показал кулак. – Поди, просрал всю колхозную казну, холоп!
- Обижаешь, насяльника, - Костя снова включил «узбека». – Вся банкета за щёта ба-а-альшой деловой зеньсина. Как она сказаль, так работника и сделаль. Зеньсина сказаль катася красный феррари, мы каталься, зеньсина сказаль кусай рестарана, мы кусаль, зеньсина сказаль катася коника, быль коника…
- Зеньсина и перспективную покаруслить сказаль? – передразнил Петр Костиного «узбека».
- Нет, зеньсина это не сказаль, - Костя сделал гордое лицо. – Но он эта подумаль! А мы с переспективная работнися пересепектировались узе сами. Така сказать инисиатива проявиль. Вот!
- Слышь, клоун, - Игорь тоскливо поглядел в глаза Косте. – Не делай так, чтобы я умер, скажи, что ты пошутил?

***

Поездка прошла не зря, и дело по представительству мало-помалу набирало обороты. Даже по проекту Петиного отца велись более-менее конкретизированные переговоры. Косте работы прибавилось, и какое-то время он даже вспомнил, что такое недосып по работе, а не по бабе.
Прошло два месяца, да и третий перевалил за «гору», осень давно покинула разряд «ласковая» и перешла к определению «передрыщица». С лучшей половиной человечества у Кости наблюдались какие-то буксовки, вызванные небывалой загрузкой по работе. И вопреки поговорке: «У природы нет плохой погоды, во всякую погоду благо дать», обделенные вниманием «старые» подруги отдаться Косте может и были готовы, но вот ловить момент его доступности явно не спешили. А новых «изюминок» нашему герою искать как-то вдруг оказалось совершенно некогда. Он даже на святые покатушки «в говнище» бессовестно забивал, несказанно огорчая спаянную джипперскую компанию.
Номер не определялся, но мобильник явно не собирался оставлять Костю в покое.
- Ладно бы Любочка ломилась в дверь, чтобы скрасить, да что уж там конкретно ОБЛЕГЧИТЬ мою холостяцкую жизнь, - пробурчал Костя. – Ну или не на такой уж худой конец Настёна… Так звонит же какой-нибудь жирный меркантильный мужик, де еще и в далеко нерабочее время.
- Константино? – Костя не то, чтобы имел право не узнать этот смешно коверкающий русский язык голос, он просто едва не кончил прямо в штаны, услышав его. – Это ты или мне дали неверный номер?
- Алиска… - выдохнул наш герой. – Сюрприз, черт подери!
- Да, я такая, - фыркнули в трубку, игриво добавив. – А я тебя хочу… видеть.
- Не помню, чтобы я был против, - в горле у Кости пересохло. – Но где я, а где Италия с тобой.
- Да… Это есть печально со всех сторон, - девушка вздохнула. – А я тебя очень вспоминаю.
Противно заверещал домофон. Прикрыв трубку, Костя смачно выругался и, скользнув в прихожку, тыкнул открывающую дверь кнопку. Костина квартира была последней в списке и ему не домофонил разве только ленивый, забывший или не знавший в какой квартире живет кто-то там его шибко знакомый. Когда избавившийся от дурного дела Костя снова приложил к уху трубку, в ней жили лишь гудки отбоя. Сердце замерло, и на нашего героя упал всего лишь целый мир. В сердцах выматерившись девятиэтажным, как раз по количеству этажей в доме матом, он запустил ни в чем неповинным телефоном в подушку кресла. На время обретший душу летчика кнопочник-двухспальник самоотверженно протаранил обивку и, отскочив, четко влетел под диван.
- Вот жеж гад! А если Алиска опять позвонит?! – возмутился Костя и полез под диван.
И тут же квартирный звонок, истошно завопив, сообщил, что у двери изловлен посетитель.
- Как вы меня задрали! – прокричал Костя куда-то в параллельный мир и, показав туда же «палец», продолжил ловлю сбежавшего девайса. Тут же девайс, не заставив себя ждать, зазвонил. Взбешенный обстоятельствами Костя всячески пытался вынуть гадскую зверюгу из-под дивана, а когда все же настиг застранца, отодвинув спальную принадлежность, звонок сбросился.
- Убью! – завопил Костя на телефон, но тут же был отвлечен звонком у входной двери.
- Достали, - пяток раз вдохнув-выдохнув, Костя открыл дверь и обмер.
Белый простенький плащик, совершенно не резонировал видом с чрезвычайно модельными и на все сто процентов итальянскими белыми кожаными сапожками. А прозрачный зонтик из разряда «все по сто» с россыпью не успевших соскочить в теплый подъезд капель не мог лежать даже в одном магазине с белой породистой сумочкой. Девушка в таком прикиде смотрелась исключительно несуразно, но все это моментально обратилось прахом несущественности, потому что у нее имелись длинные вьющиеся рыжие волосы, прихваченные белой заколкой.
- Чай. Ванная. Теплая постель. Горячий секс, - девушка протянула Косте зонтик с сумочкой, делая шаг в квартиру.
Сумку Костя удержал, а вот зонтику так сильно не повезло. В прочем, через миг похожее надругательство произошло и сумкой. И не важно, что плащ оказался холодным и мокрым, а сапожки оставляли на стене мистические следы. Алиссия испепелила его разум, сделав незначительным неисчислимую тьму вещей, которыми он зачастую попрекал своих друзей-приятелей. Костя не запомнил, кто закрыл дверь, как не придал значения сваленным из прихожки курткам-пальто и рассыпанной с полки обуви. С трюмо вмиг исчезли все вещи, включая святая-святых - вай-фай рутер. Плащ, сапоги и какой-то пиджак снимались без отрыва от процесса покрытия поцелуями сидящей на низеньком трюмо Алиссии.
- Ладно. Ладно, я передумала, - прошептала рыжуха, задыхаясь, - Чай и ванная идут лесом. Постель пусть будет опциональной. А начнем мы с секса и прямо сейчас!

***

Бессовестно наврав начальству, Костя взял отпуск на три дня, подумав, что любимая контора не помрет, а такого случая жизнь может больше и не дать. Алиссия приехала в Россию на ЦЕЛЫХ три дня по каким-то совершенно секретным делам конторы и просто не смогла упустить шанс. На удивление Кости фееричная рыжуха не забыла ни его, ни того самого случая, фактически кинувшего их в объятия друг друга, даже не спрашивая их пожелания. И даже если у рыжей красавицы имелись какие-либо постельные победы на родине, девушка моментально сдетонировала, как будто провела прошедшие два с хвостом месяца в женском монастыре строго режима. И рыжуху, казалось, совершенно не волновали вопросы типа «где», «как», «почему», ее вело определение «с кем». А после того, как Костя помог ей перевезти с аэропорта два миленьких чемоданчика, все кроме «с кем» совершенно перестало существовать.
И был день, и была ночь, и ни один из вновь укомплектованной «подарочной парочки» не заметил столь несущественной, но от этого не менее неумолимой формы протекания вселенских процессов, как время.
Закончив третий день на даче у друзей, «подарочная парочка» встретила там же и четвертый. Странно, но Косте совершенно не приелись стремительные отношения с одной и той же женщиной, хотя никто из них, похоже, не поверил в любовь.
- Нам надо быть сегодня… сейчас… - не до конца проснувшаяся рыжуха смешно стала тыкать в клавиши своего коммуникатора, клацая коготками, как кошка. – Смотри вот адрес. Ты знаешь, где это?
- Конечно, - поцеловал Костя протянувшую телефон ручку, лишь на секунду глянув в телефон. – С тобой куда угодно. Только не пойму, зачем тебе туда перед самым отъездом? Может, лучше погуляем по городу? Наверное, для тебя вчера выпал первый снег. Красотища!
- Это чрезвычайно! – усилила сказанное поднятым пальчиком рыжуха. – Очень важно. Надо ехать!
- Надо, так надо, - с некоторым сожалением согласился Костя, тут же потянувшись под одеялом к рыжей жертве утренних домогательств.

***

За каким-то чертом судьба в лице рыжей итальянской бестии притащила Константина фактически в последний день перед расставанием с Алиссией к автосалону «Ниссан». Наш герой уважал эту марку авто, но в тот момент сильно и абсолютно бесповодно обиделся на нее. И хоть Костя с трудом себе представлял, как именно надо провести последние часы перед расставанием с взорвавшей его душу и бытие девушкой, сидение в холле салона с унылым кофе явно не имело к этому никакого отношения.
- Мне нужен твой паспорт, - безапелляционно потребовала Алиссия. – Только не говори, что забыл, я тебе раз пять утром напоминала.
- Держи, - протянул Костя рыжухе свою загранку, даже не удосужившись узнать зачем.
- Этот документ не годится, - наморщила нос Алиссия. – Нужен другой, для внутри страны.
- С меня особо нечего поиметь, - улыбнулся Костя, - но все же, зачем?
- Сейчас все узнаешь, - сделала девушка какой-то хитрый жест пальцами. – В принципе, все решается за деньги, и твой паспорт разве для уже совершеннейшей формальности просят. Я же хочу, чтобы… ниссун проблема…
- Да какие у меня могут быть проблемы с «Ниссаном»? – усмехнулся Костя.
- Рагаццо шокко, - Алиссия, как учительница в классе показала на Костю указательным пальцем. – Первое – «нет проблем», а второе – это про тебя, глупый мальчишка.
Отчитав Костю, рыжуха прияла вид оскорбленной принцессы и, постукивая каблучками, двинулась куда-то внутрь салона. Глядя на уходящую рыжуху, Костя чувствовал нарождающийся где-то в груди холод. Все три дня он жил только ей, но так и не смог наполнить себя рыжухой до краев.
- Блин, надо взять ее итальянский телефон и если не выпросить, так хоть спереть что-то на память, - пришла мысль. – А если это совсем? Если я ее больше не увижу? Как быть, если мы живем совершенно на разных полюсах жизни? Только в кино можно все решить по щелчку пальцев…
От раздумий Костю отвлек настырный автомобильный сигнал где-то на улице. Какой-то редискоид не унимался уже добрых двадцать секунд, испытывая на прочность нервы посетителей и персонала автосалона. Костя глянул в огромное окно. Сигналили явно из белого нисана «Патрол», стоящего прямо у входа. И, как будто, увидев его взгляд, плохо различимый за стеклом водитель снова вдавил клаксон раз-два-три, словно приглашая Костю выйти.
Воспоминания молодого человека снова ринулись сначала к Алиссии, а через нее в Италию двухмесячной давности и как будто сами по себе сконцентрировались на одном из «нечто», случившемся в похожей машине. Костя усмехнулся и повнимательнее вгляделся в сигналившее авто. Водитель, как будто снова прочитав мысли нашего героя, протяжно засигналил.
- А ведь авто практически один в один, - подумал Костя, и тут его проняла мысль. – Алиска?
Не очень-то веря в свою догадку, Костя вроде бы невзначай направился к внешнему стеклу салона. И с каждым его шагом все четче проявлялся водитель шумного авто. А когда за стеклом мелькнули рыжие кудри, Костя понял, что сигналили именно ему, тугодуму Косте.
Уверенным шагом Костя вышел из салона и сел в авто.
- Помнишь, рогаццо шокко? – на лице рыжухи проступила хитрющее выражение. – Салон? Италия?
- Могла бы и не спрашивать, - Костя погладил девчачью руку, лежащую на руле. – Италия. Салон. Зрители…
- Константино, ну ты разве не видишь?! – рыжуха звонко рассмеялась. – Это же есть та самая машина!
- Откуда? – Костя совершеннейшим образом выпал в осадок.
- ЭйДи после нашего «выходного» выпытала все наши подвиги на самом корню, - улыбалась, рассказывала Алиссия. – А когда услышала про машину, тут же купила ее. Ну а переправить, растаможить и оформить больших сложностей не составило.
- Так это подарок госпожи Антонеллы? – еще больше удивился Костя.
- Местами, - загадочно ответила рыжуха. – Лучше не спрашивай, но идея и воплощение мои. На то, чтобы она созрела, потребовалось целых полтора месяца! И вообще, нечего удивляться. Эта машина, конечно, будет напоминать тебе о моей двоюродной тёте, но обо мне она будет просто кричать! Так что можешь возить в ней своих знакомых женщин, в каждой из них ты лишь снова и снова увидишь меня. А теперь забирай мои чемоданы из салона, и быстро едем в аэропорт!
Прощаться Костя не любил, возможно, Алиссия тоже не слишком жаловала эту процедуру. Не было ни слёз, ни прочей сырости. Лишь печальные лица обоих «подарков» говорили о сути момента. В полном молчании рыжуха прошла регистрацию, и когда она уже повернулась к нему спиной, Костя не выдержал:
- Мы еще увидимся? – крикнул он явную глупость.
Алиссия, услышав его, остановилась, затем медленно повернулась. И на ее лице он увидел едва различимые дорожки слез. Сделав несколько порывистых шагов, рыжуха приблизилась к рамке металлодетектора:
- Ты думал так просто сбежать от меня, рогаццо шокко, - прошептала она. – Нет, Константино, через два года я заканчиваю стажировку у двоюродной тёти и стану по-настоящему самостоятельной. Мне дадут в управление какую-нибудь дочернюю компанию концерна, и очень велика вероятность, что это будет одно из строящихся производств в этой стране. Так что гуляй, Константино, свои последние свободные годы, но веди себя прилично, рогаццо шокко. Я за тобой обязательно вернусь, но винить тебе за все придется Эй-точка-Ди-точка…
В очередной раз огорошенный Костя с глупой улыбкой на лице провожал звук удаляющихся каблучков рыжухи, совершенно не замечая двух украдкой смеющихся девчат-пограничниц из зоны контроля.
Мужчина sxn2685227797
Женат
17-04-2015 - 23:28
Отличный романтический рассказ. Парень молодец. К сожалению у дам сложилось впечатление о нем как о жиголо. А может и они что то плняли.
0 Пользователей читают эту тему

Страницы: (1) 1 ...
  Наверх